Ответ прост: крайняя бедность ее семьи.
Отец Цзинъи давно умер, мать страдала ревматоидным артритом и была прикована к постели, полностью парализованная ниже пояса. Тяготы жизни обрушились на двадцатиоднолетнюю девушку со всей силой. Государственной помощи едва хватало, чтобы сводить концы с концами, и, разумеется, выплаты совершенно не покрывали расходы на лечение матери. Хэ Цзинъи только и оставалось, что брать в долг у родственников, а сейчас и занятое ушло до последней копейки. Она не смела сказать матери, что у них на двоих осталось всего сорок шесть юаней и семь мао[3] .
Забота о родителе полностью легла на плечи девушки, и сразу после окончания школы она устроилась работать в учебно-подготовительный центр иностранных языков. В обмен на возможность время от времени бесплатно посещать занятия она занималась уборкой и выполняла мелкие поручения. Хэ Цзинъи не забросила учебу, искренне надеясь, что однажды сможет сдать вступительные экзамены в университет и в корне изменить свою жизнь.
Отработав целый день, девушка вернулась в свое убогое жилище, помогла матери справить нужду и принялась готовить ужин. Мать, чье сердце кровью обливалось при виде исхудавшей дочери, спросила:
– Цзинъи, что сегодня на ужин?
– Еда.
– Я спрашиваю, что именно?
– Жареная капуста.
– Гнилые листья, которые ты подобрала на рынке?
– Угу…
– Ах, Цзинъи… не важно, чем питаюсь я, но тебе, моя дорогая, рацион из гнилых капустных листьев точно не на пользу, – тяжко вздохнула мать.
Хэ Цзинъи молчала, прикусив губу.
«Когда в доме всего сорок шесть юаней и семь мао, чем прикажешь питаться?» – подумала она, но вслух ничего не сказала.
– Сходи купи немного мяса, – продолжила мать. – Когда ты в последний раз его ела? Тебе нужно хорошо питаться.
– Не волнуйся, мам. Мне не хочется.
Было очевидно, что Цзинъи лжет.
– А мне хочется. Сходи и купи.
Хэ Цзинъи прекрасно понимала, что мать ворчит из лучших побуждений, но, даже если бы она купила мясо, та вряд ли съела бы хоть кусочек.
Взяв с собой пять юаней, девушка вышла из дома. Это был ее предельный бюджет, который она запретила себе превышать. Но о каком мясе может идти речь за такие деньги? В глуши, где проживала Цзинъи, поблизости не было ни рынка, ни супермаркета – только придорожная закусочная.
– Подскажите, что у вас есть? – спросила она хозяина заведения, войдя внутрь.
Тот указал на меню за своей спиной:
– Там все написано.
«Остро-кислая лапша с мясным соусом – шесть юаней.
Лапша с рубленым мясом и квашеными овощами – семь юаней.
Лапша с говядиной – восемь юаней».
Большинство блюд превышало скромный бюджет девушки. Единственным исключением оказалась сяомянь[4] – четыре с половиной юаня за порцию, но то было постное блюдо без мяса.