приняла меня, как свою, и даже отцу Адора стало настолько лучше, что он смог вести меня к алтарю в день свадьбы, как и полагалось по древней традиции. И пусть я все же тосковала по сестре, но я приняла ее выбор. Как приняла и то, что другой имеет право быть другим. И люди не виноваты в том, что мы смотрим на них через свою иллюзии. Я столько раз осуждала Лоренсию за ее розовые очки и при этом не замечала, что сама смотрю на нее через такие же… Но теперь все это осталось в прошлом. Над нами простиралось вечереющее небо с первыми высыпавшими звездами, чистое, неразмытое никакими магическими границами куполов. Внизу оставалась затопленная долина, и в какой-то миг мне даже почудилось, что я магически вижу на самом ее дне уцелевшую статую. Богиня обрела покой, само это место обрело покой… А мы с Адором обрели друг друга. У нас было совсем мало времени, чтобы зародились чувства, обитель заставляла жить быстрее, но теперь у нас впереди целая жизнь. И больше ее уже ничто не омрачит. Конец