через которую проглядывало огненное кольцо. Крик невыносимой боли вырвался из его легких — Светлый упал на пол, забился в агонии. Я не шевелился. Даже если бы я хотел или мог ему помочь, то ничего не сумел бы сделать. «Карающий огонь» выжигал его внутренние органы, и любая целительная магия только продлила бы мучения. Вадим застыл на полу своей кухни. Я прошел мимо него, покинул квартиру, аккуратно прикрыв за собой дверь. Вышел на улицу, глядя на грозовое небо Читы. Шел долго, пока не добрался до Объездного шоссе. Направился дальше, в глубь леса, пока шум дороги не стих за спиной. Остановился, уткнувшись лбом в коричневый кедровый ствол. — Вот и все, — устало сказал я. — Все кончено. Рухнув на землю, я прислонился спиной к дереву, не зная, что дальше делать и зачем. — Веда, — произнес я. — Если ты меня слышишь… Прошу, дай знак. Я стукнул себя по груди и бессильно разжал кулак. — Готов остановить свое сердце, чтобы услышать твое, — произнес я. — Но ты бы этого не хотела, верно? С ветки над головой вспорхнула птица, улетая вдаль. Я проводил ее взглядом и сказал: — Понимаю, ты не можешь со мной связаться. Да и не захочешь, наверное. Меня будут искать все, кто хоть как-то связан с Сумраком. Я никогда не смогу вернуться, и… и… Я утер глаза ладонью, испачканной землей. — Пойми, я потрачу остаток своих дней в поисках весточки от тебя, — вымолвил я, представляя, как это будет. — В каждом шелесте травинки, волне на реке, плачущем облаке, даже в заходящем солнце — во всем я буду видеть твой знак и никогда не пойму, сошел ли я с ума, или ты пытаешься достучаться до меня… Черт, да ты не можешь меня слышать! Я даже не знаю, жива ли ты! Стукнув затылком о кедр, я повалился навзничь, зарываясь лбом в траву, на которой еще не высохла утренняя роса. Шумно дышал, предчувствуя бесконечно долгое существование. — Мне нужно знать, родная, — прошептал я. — Справился ли я? У нас все получилось? Я готов никогда не видеть тебя, если так смогу уберечь, и готов искать тебя, если Сумраку суждено соединить нас вновь. Но во имя всего живого и сумеречного — дай мне знать! Ты где-то здесь? Ты сумела вернуться? Скажи мне, потому что если нет… Что-то пробежало по моему пальцу — паук или муравей. Я встряхнул рукой, глядя на обручальное кольцо. И тут же снял его так быстро, что едва не оторвал себе палец. Перехватил кольцо, глядя на него дикими глазами. Стальная окружность, хранящая следы естественной полировки, лишь закалилась от пребывания в огне. Сохранившиеся белые и желтые нитки прижимали