— Все так плохо? — уточнил я.

— Не удивлюсь, если то напряжение, которое мы с тобой ощущаем — это последствие внимания представителей церковных служб, а не их врагов — произнес Егор Дмитриевич — однако и версию Руслана тоже не стоит сходу отметать. Поэтому всем завтра быть в полной боевой готовности. А ты, Игнат, проконтролируй подготовку сестер.

— Почему я! — возмутился старший брат — Пусть вон Руслан этим занимается! Если ему опасности везде мерещатся!

— Потому что ты более опытен в подобных делах — ответил мужчина — Смотрел в глаза смерти и знаешь, что может понадобиться в той или иной ситуации. Поверь, так будет лучше для девчонок.

— Ты серьезно⁈ — уже более спокойно спросил Игнат — Веришь в силу этих демонопоклонников и то, что наш Иван им так нужен? Что они хотят ему отомстить? Да зачем⁈ Плевать они на него хотели! Им бы задницы свои спасти!

— Жизнь убедительно доказывает, что произойти может все что угодно. Бывший президент республики, думаю, со мной бы согласился. Поэтому сделай, как я прошу — ответил отец тоном не терпящим возражения и тут же добавил — Хотя тоже не думаю, что демонопоклонники явятся в гости к Буранко. Слишком много сил они в последнее время бездарно растратили. Им бы раны зализывать да сидеть тихо, а не лезть на рожон…

Уже ночью, лежа в своей кровати, я анализировал прошедший разговор и вспоминал недавнюю беседу с Агафодором. Что-то не чувствовалось предвзятого отношения к себе от викария. Если бы инквизиторы действительно подозревали меня в связи с демонопоклонниками, то я бы точно это понял или ощутил неладное. Что-что, а интуиция и боевое предчувствие, тщательно выпестованные в сотнях смертельноопасных боев, сумели бы сообщить мне о неладном.

Конечно, интерес со стороны церковников ко мне определенно был. Они точно собирали сведения о моих силах в республике. Однако угрозы в их действиях почему-то не ощущалось.

Кроме того, наши взаимоотношения были взаимовыгодными. Тот же Агафодор грамотно использовал всю передаваемую мной информацию, а также благосклонно принял сведения о роде Гаштольдов и резко возросшей силе его нового главы. Взамен я также получал интересные сведения о предателях и вредителях в рядах новых подчиненных.

«Нет. Все же не думаю, что церковники подозревают меня в связях с демонолюбами. Хотя, с другой стороны, я не чувствовал ложь и в словах Егора Дмитриевича. Не удивлюсь, что между ним и патриархом действительно был разговор по поводу моей персоны, а остальное он просто додумал — пронеслось в голове — Кроме того, не удивлюсь, если Добромысл слил эту информацию намерено, чтобы заинтересовать отца в своей просьбе поискать демонический алтарь. Да и вообще, говорят ли эти поиски о том, что данного артефакта нет в руках носирианских инквизиторов? Нет. Это лишь показывает, что имперцы разными путями его ищут. Могут ли они просто демонстрировать эти поиски заинтересованным лицам? Очень даже возможно. Как показала практика их можно приспособить в хозяйстве».