— Домой, Макс, — садясь рядом с сыном, попросил я.

Тот послушно развернулся задним ходом, и мы покатили прочь из города. Я же снова достал смартфон и набрал еще один номер.

— Здаров! Занят? Говорить можешь?

— Могу пока, — донеслось из трубки.

— Надо кое-что обмозговать, сможешь подъехать?

— Мы с Ленкой на природу собрались, мне же завтра уезжать на вахту.

— У тебя вахта — две недели всего. Успеешь еще напрощаться. Дело прямо срочное и важное.

— Ладно. Через полчаса заскочу.

— Жду, — попрощался я и положил телефон на приборную панель.

— Пап, а что происходит? — Макс явно ощутил, что не все в порядке и желал знать, что именно.

— Я, если честно, сам пока не разобрался. Но, как мне думается, скоро все разрешится. Так или иначе…

— Так я чего, к Виталику иду сегодня? У нас же подготовка.

Ответить я не успел, смартфон заиграл мелодию, и я невесело усмехнулся. А вот и Нурик, нарисовался. Кхм… А может это все, так, как и надо? Куй железо, пока горячо…

— Здравствуй, Нурсултан! — преувеличено радостным голосом поздоровался я.

— Ты чего такой радостный, опять очередную пакость придумал на мою седую голову? — немного визгливый голос моего делового партнера резал слух, но приходилось терпеть.

— Просто заработался, а тут ты звонишь, чем не повод отдохнуть? Вот и радостный такой.

— Твоя работа — выносить мне мозг! — раздался новый визг из трубки. — Давно бы согласился и все были бы в шоколаде! Сколько можно переносить подписание контракта? Какие демоны ада, тебе там в ухо нашептывают, что цена слишком мала? Не отвечай, риторический вопрос. Короче, Роман, я вчера добился повышение цены на сто тысяч! Я молодец?

— Да, Нурик, ты молодец, — послушно выдал я желаемое.

— Мне не нравится твой тон, и мне не нравятся твои слова. Ты что-то опять задумал? — паранойя моего партнёра просто зашкаливала. Отчасти в этом был виноват и я.

— Да, Нурик, у меня есть новое условие.

— Говори! — было слышно, как на той стороне очень напряглись.

— У тебя есть два часа, на то, чтобы перевести мне всю оговоренную сумму, минус твой процент, разумеется. И мы подписываем договор. Если нет, то я продаюсь Фонду.

— Какого …. ты творишь, Зима?! — визг перешел на совсем уж высокие ноты.

— Либо ты звонишь мне через два часа, и мы закрываем сделку, либо не звони мне больше совсем! — с легкой улыбкой на губах закончил связь и отключил смартфон.

— Всё-таки продаешь? — улыбающийся во все тридцать два на меня глядел Макс.

— На дорогу смотри! — буркнул я и отвернулся к окну.

Радость сына понятна, ему от этой сделки неплохо так прилететь должно было, а именно, новенький автомобиль, довольно неплохого класса. Помогал он мне, чем мог, вот и заслужил. Только вот, во что превратятся зеленые бумажки с американскими президентами через девяносто три часа, большой вопрос.