— Зачем так говоришь? — Обиделся мужчина. — Просто хороший женщина.
Я открыл кран с холодной водой и сунул под неё свои разбитые костяшки. По кулакам мгновенно расползся живительный холод.
— Теперь инцидент исчерпан? — Зло сквозь зубы спросил я.
— Иван, они мне рубашку порвали, — пожаловался Николай.
— Я тебе попозже ещё кое-что оборву, — шикнул я. — Топай в зал.
Свистухин немного помялся на месте и угрюмо вышел из туалета.
— «Малыш» встань в дверях и никого не выпускай, — скомандовал я Боре Александрову, который тоже немного помахался, судя по внешнему виду. — Итак, граждане с жаркого юга. — Я закрыл кран с холодной водой и обвел торговцев одним тяжёлым взглядом исподлобья. — Вижу, гуляете на широкую ногу, значит коммерция, там цветы купил, тут привез, продал — процветает.
— Зачем так говоришь? Мы в гости приехать, — соврал обиженный Свистухиным товарищ.
— Ага, мавзолей посмотреть, посетить Большой театр, Третьяковскую галерею, — я вновь стал разминать костяшки, громко пощёлкивая ими. — Обидели вы меня товарищи торговцы. Не по-нашему это, не по-советски говорить неправду. За это дело при отце народа сами знаете, что было.
— Сейчас время другой, — насупился один из южан, который пугал меня Тофиком Беримовым.
— Правильно сказал, берите пример с вашего товарища, — я ткнул пальцем в мужчину. — Время сейчас другое, и время — это деньги. Гоните тысячу рублей и инцидент будем считать исчерпанным. Да я на лекарства больше потрачу, — я показал огромные разбитые кулаки.
— Зачем так говоришь? — Уже не так радужно пробормотал обиженный Свистухиным торговец цветами.
— Мужчины не тяните время, а то там всех ваших женщин разберут, — усмехнулся Боря Александров. — Неужели опять драться полезете? Сами должны понимать, не маленькие, что драка — это некрасиво.
— Да, товарищи, — поддакнул я. — За все глупости в этой жизни нужно платить.
Глава 6
Понедельник 10 января. До матча с ЦСКА два дня, а мысли о чём угодно, только не о хоккее. Прямо во время тренировки в лужниковском дворце «Кристалл» пришлось решать сложную математическую задачу в уме. Имеется 1000 советских рублей, которые передали в фонд сохранения мира во всём Мире вежливые торговцы цветами из южных республик. Жестяная банка красной икры весом 125 граммов на чёрном рынке стоит примерно 10 рублей. И таких банок в качестве сувениров советская таможня пропускает не больше 5-ти килограмм в одни руки. Вопрос сколько долларов в Стокгольме можно выручить при курсе шведской кроны пять к одному, если за такую банку скупые, но честные шведские купцы дают примерно всего 40 крон?