— Чтоб через десять минут был здесь же, иначе пеняй на себя, — обиженно сказал переводчик и пропустил меня на улицу.
Я бодрячком выбежал в кедах по свежему скандинавскому снежку. Показал глазами Кипрусову и его подельнику, дескать за мной следят, езжайте следом, и припустил по проспекту Маннергейма. Добежал я ровно до угла гостиницы и, пользуясь тем, что мою фигуру от высунувшегося из гостиницы переводчика прикрыли встречные прохожие, резко нырнул в проулок. Дальше во дворе отеля, мы работали молча, быстро и чётко. Сумки с икрой парни спустили на простынях. Взамен доллары мне отдал компаньон Юхана, который очень плохо говорил по-русски.
— Когда приходить новый партия? — Спросил мужчина, пересчитывая банки.
— У нас будут ещё игры здесь перед чемпионатом мира в Праге. Следите за спортивной прессой, — ответил я, пересчитывая зелёные американские бумажки.
— Можете привозить ещё больший число? — Продолжал считать банки компаньон Юхана.
— Сделаем, — усмехнулся я, протягивая десять лишних долларов назад. — Мы договорились за первые десять банок скинуть по доллару, а договор для меня дороже денег. Приезжайте завтра в Тампере. — Я пожал руки мужчинам. — Увидите настоящий советский хоккей и привет русской диаспоре! — Помахав рукой, в хорошем спортивном темпе рванул я, чтобы хоть немного вспотеть специально для переводчика из КГБ.
Глава 13
Вечером в субботу 22 января в небольшой гостинице на окраине Гетеборга в нашей с «Малышом» комнате случилось стихийное собрание той части сборной страны, которую представляли горьковские торпедовцы. И их было ни много ни мало одиннадцать человек, целая футбольная команда. На повестке стоял один единственный вопрос: «Когда мы будем делить наши деньги?». В дополнение к той сумме, которую я выручил за общую красную икру, всем раздали после двух игр с Финляндией ещё по 100 долларов. Народ нетерпеливо «бил копытом», чтобы завтра утром перед игрой свою часть денег спустить на джинсы, плащи и на подарки родным и близким. Первым, когда шум и гам немного поутих, слово взял я:
— Граждане-люди, дорогие товарищи хоккеисты. Вижу по глазам, что первоначальный бизнес план закупить здесь в Швеции электрогитары и продать их в Москве, не всем стал по нутру?
— Иван, давай короче, — загудел как труба Коля Свистухин. — Когда мы будем делить наши деньги?
— Да, Иван, — поддержал своего одноклубника самый уважаемый член нашей команды, ветеран Виктор Коноваленко. — Что-то расхотелось с твоими гитарами возиться. Мне дочке нужно купить что-нибудь, жене тоже хочу дублёнку взять.