Стальной Гилдарст отправил со мной братьев Мбване, чьё звено прибыло на Окинаву недавно. Помимо братьев Мбване в отряд моей охраны вошли Арт и Ллойд, на присутствие которых я настоял, а от Чёрного Лотоса — два владеющих второго порядка, брат и сестра, близнецы Ирга и Потий. Они оказались единственными, о ком я ничего не знал, но сомневаться в людях Проповедника глупо. Он уже множество раз доказал, что не собирается причинять мне вреда, а, наоборот, всегда помогает.

И ещё он был не меньше моего заинтересован в возвращении своего первого и лучшего ученика. Была у него какая-то странная привязанность к отцу, Гилдарсту и Гефесту. Словно он считал их своими детьми, а меня, получается, внуком. И я совершенно не был против такого деда.

Свободные капитаны после захвата Императора и боя со флотом Таймлина были щедро вознаграждены и получили несколько заманчивых предложений, от которых они не смогли отказаться. Даже капитан Хирояки, нарушивший договор с Ульфом Сканнингом. После чего он почти две недели просидел в своей каюте на «Хароне», вообще не выходя из неё. Справлялся с последствиями первого нарушения договора за всё время, пока является капитаном корвета.

Как мне объяснила сестра, для Сатоши Хирояки нарушить данное слово, даже не контракт, а просто слово, что-то невообразимое, рушащее всё, что он выстраивал десятилетиями. Противоречащее личному кодексу чести, которому следовал капитан и никогда его не нарушал. И только несколько дней назад он впервые вышел, чтобы провести совещание с экипажем, на котором сообщил, что «Харон» присоединяется к объединённому флоту Вериго и впереди всех ждёт сражение с Ульфом Сканнингом и его кораблями.

Причём до меня дошли слухи, что Хирояки отпускал Аеллу и освобождал её от всех обязательств, что она на себя взяла, согласившись стать членом экипажа «Харона», но сестра отказалась от этого и сказала, что сперва полностью вернёт долг, а потом решит, как быть дальше.

Под долгом она подразумевала не только своё спасение, но и инициацию, обучение, предоставление техник. И просто она считала всех членов экипажа «Харона» своими друзьями. А Немезида стала для неё кем-то вроде матери, хотя разница в возрасте у них должна быть совсем небольшой. Но с особым уважением сестра отзывалась об Уилларде Ультине — медике «Харона» и её наставнике в этом непростом ремесле.

Вот и получается, что пока сестра не может покинуть экипаж «Харона». И я даже не знал, радоваться мне этому или огорчаться. Уже один раз потеряв Аеллу, я не хотел переживать этого снова, но и решать всё за сестру также не мог.