— Ничего так, нормальный. — Тайка кивнула на Лиса. — Но ему явно больше понравилось. Как главному любителю змей.

— Говорю же: не знала я! Чего взъелись? Я теперь простая наемница — мне платят, я делаю. Становится опасно — тоже делаю. Ноги.

— В честь нашей былой… кхм… дружбы дам я тебе один совет. — Лис накрутил на палец край ее шелкового пояса. — Никогда не работай с Доброгневой. Как слышишь это имя — сразу утекай. Целее будешь.

— Да я уж поняла. — Маржана выдернула пояс из его рук. — Только поздновато. Спросит она с меня теперь. И ответ ей совсем не понравится.

— А ты расскажи нам еще что-нибудь. А я, глядишь, еще что посоветую. — Лис отсалютовал ей бокалом. — Ты же знаешь, у нас с сестренкой давние счеты.

— Да больше и рассказывать-то нечего. Доброгнева твоя, знаешь ли, не делилась, для чего ей эти полукровки нужны. Мое дело маленькое: найти, заручиться согласием, доставить. Сказали ведьму убрать из Дивнозёрья — я убрала. Велели убить ее же — попыталась, да не вышло. Если бы знала, что вы с этой девчонкой связаны, не взялась бы.

— Да я и сам, считай, только вчера узнал. — На этот раз пооправдываться отчего-то вдруг решил Лис. — Представляешь, она нить судьбы моей матери к своей привязала.

— Хм… Так вот в чем дело. А я уж было подумала…

— Ревнуешь? — усмехнулся Кощеевич.

Теперь Тайка не сомневалась: если что и связывало этих двоих в прошлом, то уж точно не дружба.

— Глупостей не говори! — дернула плечом Маржана. — Марам это чувство неведомо.

— Как и любовь. По крайней мере, так говорят в народе.

— А еще в народе говорят, что бессмертным…

— Погодите! — вдруг ахнула Тайка. — Получается, мама меня забрать решила тоже из-за тебя?

Маржана уставилась на нее, в вишневых глазах мелькнула благодарность. Похоже, она собиралась сболтнуть лишнего, и Тайка ее очень удачно перебила.

— Ну да. Ведь любимый Сереженька так хотел тебя увидеть. Нельзя было его разочаровывать.

— Пусть этот тип к моей матери больше не приближается. — Тайка сжала кулаки. — А не то я ему шваброй промеж глаз!

— О, не беспокойся. Я уйду, он ее и не вспомнит. Если мне, конечно, позволят уйти… — Она вопросительно глянула на Лиса. — Что скажешь, мил друг? Довольна ли твоя гадкая душенька?

Тот пожал плечами и повернулся к Тайке:

— У тебя есть еще какие-нибудь вопросы, ведьма? Спрашивай, пока она добрая.

О да, вопросы у нее были, и немало:

— Зачем Доброгневе понадобилось убирать меня из Дивнозёрья? Там-то она что забыла?

— Слыхала я, хочет она там свое войско пополнить. Но как именно — не спрашивай, того не ведаю. Знаю только, что все должно случиться в ночь перед Мариным днем, как раз в конце навьей седмицы. — Маржана отставила пустой бокал и мечтательно улыбнулась. — Ах, доброе же у вас, у смертных, вино! Даже если помирать теперь, все одно жалеть не буду — не зря в город ездила. Слышишь, Лис? Хочешь убить меня — убивай. Я даже сопротивляться не стану. Достала меня такая жизнь — хуже горькой редьки.