— Согласен, Стас, — изрёк босс «Серых орлов», — хватит ходить вокруг да около. Поговорим открыто. Я хочу, чтобы вы вернулись в родной синдикат. Здесь вас ждёт почёт, уважение, возможности, о которых вы даже не могли мечтать. Ваших товарищей я тоже приму, если пожелаете. Помогу построить карьеру и им. Кроме того, я прекращу... свою ссору с вашим отцом. Коли вы будете в «Серых орлах», он тоже вернётся.

Мы со Светой переглянулись.

Сестра усмехнулась и, глядя прямо в глаза Артуру, изрекла:

— Спасибо за щедрое предложение, но оно нас не интересует. Однако, было бы здорово, если бы конфликт между нами и вами завершился, и вы прекратили бы гонения на нашего отца.

Артур поморщился и покачал головой:

— Что ж вы такие упёртые-то? В самом деле как Лика. Да и... как Вова, оказывается. Неужели вы не понимаете, что Света в опасности?! Ты, — попенял он указательным пальцем в сторону моей сестры, — уже не скрываешь свои способности, верно? Скоро в твоём личном деле появится отметка «медиум». Это огромная редкость! Об этом узнаёт ещё больше кланов и синдикатов. И многие захотят забрать себе медиума. Своим существованием ты обрекаешь «Малахитовые щиты» постоянно быть под прицелом могущественных кланов. И...

— Хватит, — оборвал я. — Я попрошу вас, дядя, не играть словами. Многие захотят? Мы будем под прицелом? Может быть. Но мало найдётся тех, кто дерзнёт воевать с нами.

— Ты зазнаёшься, парень, — процедил Царёв.

— Сразу после создания нашего синдиката мы прошли проверку войной и битвой с разведывательным войском граймов. Показали всем, чего стоим. Побеждённые «Золотые змеи» стали нашими верными союзниками. А кроме них, есть и другие организации, поддерживающие нас. «Малахитовые щиты» сильны! И не дадут в обиду никого из членов своей большой семьи.

Несколько секунд Артур молчал, разглядывая гравюру на стене — переполненные улочки Москвы шестнадцатого века.

— Большая семья, — наконец произнёс он, повторяя мои слова. — Говоришь так, будто ты глава клана, а не синдиката.

— Я стремлюсь к тому, чтобы своим единством «Малахитовые щиты» не уступали самым крепким кланам.

— Тебе нравятся кланы, Стас? Ты... осознаёшь, что они во много более сплочённые, чем синдикаты?

— Но исключений хватает.

— Не спорю. И все же истинные кланы... древние кланы... сильные... До их сплочённости синдикатам далеко. Это единая монолитная сила. Это передающаяся через поколения воля. Это переплетённые судьбы... Это и есть клан.

— Вы говорите так упоённо, будто сами часть какого-то клана.

— Нет, — ответил он. — Хотя, признаюсь, хотел бы быть. А что насчёт вас, ребята? Хотели бы стать частью клана?