Собственно, Артур и отец были Игоревыми. А затем, отучившись в интернате, в котором имелся спец-класс для вайлордов, эти двое, пользуясь законной возможностью, сменили фамилии. В университет уже поступили не два Игоревых, а Царёв и Князев.

Отец говорит, что уже тогда они с Артуром твёрдо решили создать свой синдикат и добиться социальных высот.

Пока я прокручивал всё это в голове, отец и не спешил отвечать. Однако, прежде чем я успел его поторопить, он всё же произнёс:

— Я не могу сказать больше, чем сказал. Света, я усилю твою охрану. Стас… ты тоже будь осторожен. Сосредоточьтесь оба на подготовке к «Бесконечному прорыву». А Артура я возьму на себя.

Больше ничего толкового отец нам не сказал. Да и вообще остаток пути, он управлял машиной молча, точно израсходовал на сегодня весь запас слов для детей.

Так что ничего не добившись от отца, мы со Светой расслабленно поболтали друг с другом, а затем я сам не заметил, как задремал.

* * *

Следующий день. Девятое августа. Раннее утро. Одно из частных кладбищ.

— Ну здравствуй, родная, — тепло проговорил крепкий русоволосый мужчина, облачённый в модный костюм кремового цвета. Он склонился перед каменной статуей, изображающей женщину, и положил у её ног огромный букет.

Тяжело выдохнув, Владимир Константинович Князев, первые годы своей жизни проживший под именем Владимир Станиславович Романовский, распрямил спину и уставился в «глаза» статуи, возвышающейся над гробницей его жены.

В лучах утреннего солнца взгляд статуи бликовал и казался живым.

Князев грустно улыбнулся и покачал головой.

— Мне так тебя не хватает, Лика, — тяжело проговорил он. — Все эти годы, я держался. Работал на благо клана… на благо синдиката. Но сейчас, когда вновь встретился с нашими детьми… Эх, я говорил уже тебе, Лика, встреча с тобой изменила меня. Тогда… когда ты была жива, я уже шёл против интересов клана. Ведь мы скрывали то, что Света — медиум. Но, тогда я уверял себя в том, что воспитаю дочь сильным медиумом, и после представлю её родне.

Князев громко усмехнулся.

— Но тренировать её, как Стаса, я разумеется не мог. Она же девочка… А потом… потом эти твари убили тебя, Лика, — Князев зарычал и добела сжал кулаки. — Медиум и ребёнок Нового тигра нужны клану? Хер им, а не мои дети! Так я тогда думал. И помог детям начать новую жизнь вдали от граймов, кланов и синдикатов. Я поступил правильно… Я скучал по ним. И по тебе. И уходил в работу с головой. Я трудился во благо своего клана! Моя жизнь принадлежит клану! Как и жизнь Артура. И даже жизни эти двоих придурков, которые посмели посылать убийц за головой Стаса! — Князев вновь начал закипать. — Твари, подняли руку на того, в ком течёт кровь их господ?! Кровь царей, кровь сильнейших вайлордов….