— Неплохо, ты стал сильнее, — решение парня с красным пламенем тем временем решил прокомментировать Квилл. — Неужели против меня готовил этот прием?

Никита недовольно поморщился. Во-первых, потому что сила ударов возросла совсем ненамного, а во-вторых, потому что чертов эльф был прав. Он действительно хотел бы использовать это усиление в случае следующего столкновения с зеленоволосым, но сейчас, когда на кону была жизнь его друзей, да и его самого, у Никиты не было возможности придерживать такие тайны.

— Пожалуй, тебе можно немного помочь, — а Квилл тем временем не замолкал.

Никита сначала не понял, что тот задумал, но тут по всему его телу, что было не прикрыто дварфским доспехом, словно провели наждачкой, стирая часть кожи и заставляя парня истекать кровью. Было чертовски больно, но зато красная аура орков сразу заработала на полную, и следующий удар Никиты сбил сразу двух каменных ящериц. И это был удар одним-единственным молотом!

Понимая, что у него нет времени на обиды и что красное пламя, как и его кровь, не вечно, Никита не стал терять ни секунды и рванул в самую гущу продолжающих наступать монстров.

— Не забудь про усиление! — в спину ему прилетел голос Квилла.

— Используй наше озеро духовной энергии, — дневник тоже решил напомнить о необходимости прорыва на новую ступень, но в отличие от эльфа он не просто хотел получить результат, он знал, как его добиться. —Зачерпываешь силу, пропускаешь через духовное ядро и направляешь в руки при каждом ударе. В ноги при каждом шаге! В голову при каждой мысли! Если получится, пытайся восстановить тот рисунок, что я показывал. Нет — ничего страшного, твое тело уже само хочет стать сильнее, оно все сделает, как надо.

Никита чуть не сбился с шага, потому что еще никогда дневник не давал ему таких ценных и подробных советов — видимо, сейчас парню на самом деле грозила огромная опасность. Но Никита справился с собой и продолжил крушить саламандр, беснующихся вокруг него. Каменные ящерицы выли что-то на своем языке, кусались, отлетая от взрывов, когда целились в прикрытую кирасой грудь, или оставляя новые рваные раны, если им удавалось добраться до конечностей.

— Зачерпнуть, направить, ударить, — Никита попробовал последовать совету дневника, и кровь, до это бессмысленно вытекающая из него, словно бы остановилась. Казалось, ей не нужны были никакие сосуды, чтобы течь по телу парня, достаточно было его воли и пропускаемой через ядро энергии.

Никита так удивился этому эффекту, что первая его новая атака прошла мимо намеченной цели, но зато вторая врезалась прямо в морду попытавшейся добраться до парня саламандры, и та просто разлетелась на куски, отбрасывая еще с десяток своих сородичей ударной волной. Еще один удар, и на этот раз досталось небольшому отряду гоблинов-копейщиков, что пытались окружить начавшую уставать и замедляться Алису.