— Понимаю, — Никита на самом деле мог представить, что чувствует этот человек, ощущавший себя никем большую часть своей жизни, а потом резко решивший все изменить.

Парень ведь и сам еще помнил то время, когда ему ничего не хотелось, когда он целыми днями только и делал, что жалел себя, пытаясь сохранить крупицы детских воспоминаний о родителях. И при этом совершенно не думал о бабушке, которой было совсем непросто тащить его в таком состоянии, не думал о будущем… Это легкое безумие жалости к себе в то время прерывали лишь непонятные порывы просыпающегося порой желания всем помогать, и именно один из таких моментов, как ни странно, помог Никите остановить его падение.

Он тогда выручил неизвестную ему, только что переехавшую в их город девчонку с вызывающим поведением и такими же рыжими волосами — помог ей отбиться от стаи диких собак, что в те годы во множестве бродили на окраине города. Тогда Алиса, а это была именно она, ничего ему не сказала. Ни «спасибо», ни какого-либо другого доброго слова — она даже никогда больше не вспоминала тот случай. Но именно в тот момент парень неожиданно понял, что живет не зря. Что смысл жизни не в прошлом, которое не вернуть, а в настоящем. Что он может помогать другим людям, делая мир вокруг немного лучше, чем раньше. И пусть кто-то этого и не признает, но он-то сам знает правду!

— Ладно, перейдем к твоим показаниям, — Нолан быстро провел вдоль Никиты парой артефактов, проигнорировав их свечение, когда те проходили мимо спрятанных на теле парня дощечек вызова.

— Я готов, — Никита окончательно расслабился. Кажется, подарок умертвия так и не заметили, видимо, не обратив на него внимания после слов Маули об оставленном слуге артефакте. Ну, а в том, что дневник сможет себя прикрыть, парень практически не сомневался.

— Тогда давай по порядку: как ты здесь очутился и что видел? — Нолан приготовился записывать показания парня.

— Следил за мисс Гейбс по приказанию детектива Маули, — парень решил не акцентировать внимание следствия на участии в происходящем своих земных товарищей. Конечно, они ни в чем не виноваты, но если есть возможность избежать всех этих формальностей, то пусть отдохнут. Да и в одиночку, решил парень, составить версию, не вызывающую вопросов, будет гораздо проще.

— Во сколько ты заметил убийцу?

— Примерно в полдевятого, — Никита вернулся к событиям прошлого, подстраивая рассказ под свои уже замеченные полицейскими слабость и опустошенность. — Но я не видел его самого. Услышал шум борьбы, сломал амулет детектива, а потом меня как будто что-то оглушило. А до этого Виктория просто гуляла с мистером Зорком, и все…