Пожарский явно крепко призадумался. Уж ему-то, работающему с кучей подростков как знатного, так и безродного происхождения, мои аргументы понятны.

— Хорошо, согласен. Но я надеюсь вы понимаете, что будете постоянно под моим контролем? Я должен быть уверен, что представители царствующего рода в безопасности.

— Ох и оторвёмся мы завтра на этих гонках! — Улыбнулся Кубенский.

Стоп! А всё же откуда Антон знает про гонки во Франции? Он, конечно, заядлый автолюбитель, но после того спора с Воронцовым охладел к уличным гонкам. Печальный опыт, когда Кубенский едва не подставил всю свою семью отбил у него всякий интерес. Но теперь с чего-то вновь втянулся… Ох, чую тут без одного негодяя не обошлось!

— Так, стоять. Признавайся гад — тебя Безенцов насчёт гонок в Европе проконсультировал?

— Ну… да. Слушай, он сказал, что это неплохой способ развеяться и сблизиться с Павлом. Разве он не прав?

От отчаяния я запрокинул голову назад и мне потребовалось вся моя сила воли, чтобы не взвыть. Я уже даже не знаю — мне восхищаться Михаилом Безенцовым или ненавидеть всеми фибрами души? Он умудрился достать меня со своими гонками даже тут, во Франции! Невероятно упёртый молодой человек, который любой ценой добивается своего.

И я даже без дополнительных пояснений понимаю зачем он всё это сделал. Посетив эти гонки, я обязательно засвечусь. Уверен, что Безенцов даже нанял какого-нибудь журналиста, чтобы он сделал парочку моих фоток в нужное время. Потом можно у нас на родине устроить небольшой пиар. В умении привлечь внимание Мише нет равных.

— Теперь ты мой должник! — Заявил я Антону. — Я уже настроился и просто не могу на зло Мише не пойти на эти гонки. А коль ты помог ему меня обмануть, то с тебя должок!

— Ладно-ладно, буду должен.

Что ж, на завтрашний день планы уже есть. Познакомлюсь с Романовыми, официально заступлю на пост телохранителя Марины, а вечером мы скатаемся на эти гонки. Поглядим как оно всё завтра обернётся…

…- Павел, — представился молодой брюнет шестнадцати лет и протянул мне руку.

— Александр, рад познакомиться, — пожал я протянутую руку.

Романовы, в том числе Императрица и Цесаревич, оказывается жили в собственном поместье на окраинах Парижа. Как мне чуть позже пояснил Таичков, в каждой столице имеются поместья, в которых живут представители царствующих родов других стран и империй. У нас в Москве тоже имеется недвижимость принадлежащая, например, тому же французскому королю.

Так что ближе к двенадцати часам дня я приехал к Романовым в гости, чтобы встретиться со своими новыми подопечными. На сей раз поехал лишь один. Хочу поглядеть на молодёжь и понять, что они из себя представляют. Потом познакомлю своих невест с ними.