— А мои братья говорят, что Аркур сами виноваты, — юная леди рода Владовских была чуть навеселе, потому не стеснялась размахивать руками во время звонкой и экспрессивной речи. — Они слишком много о себе мнили! Они решили, что стали ровней императорской семье! А это уже ставит под вопрос самодержавие — это ересь! Рано или поздно это могло привести к войне!

— Это аристократы! Честная битва за силу и власть — это достойно! Можно подумать Кать, твой род не участвовал в локальных войнах и не получал с них земли и бизнес! Это нормальная тенденция, что позволяет нам развиваться и становиться сильнее, — упорствовал в своём видении ситуации Безруков. — Но напасть вот так, без объявления войны. Скрытно, в ночи… Это бесчестно! Это попирает все гласные и негласные правила родовых войн!

— То, что вырезали всех — это действительно нарушение устоев, — нехотя признала Катарина Владовских. — Но, Лёня, ты слышал последние слухи об этих Аркурах? Слышал, что у них появился мастер договоров, о котором ходит столько слухов? Они же как раз, по заверению многих, были так сильны благодаря ему.

— Это всё байки! Таких мастеров не было больше сотни лет! — Безруков хотел ещё глотнуть коктейля, но бокал оказался пуст, и парень, недолго думая, повернулся к Некифорову: — Ром, слушай, сгоняй за коктейлями? И, может, кальян возьмём или чего покрепче?

Катерина лишь поморщилась на данное предложение. Я тоже не выказал особого энтузиазма.

Волна маны прокатилась по телу. Я несколько раз прогнал энергию по телу. С каждым импульсом увеличивая напор маны. Я чувствовал, как энергетическая аура моего тела полыхает. И если на меня навесили какие-либо датчики, применили техники магического отслеживания, или вместе с чаем у Трощеных ввели нанороботов, то после подобной очистки они должны все напрочь выгореть.

Хотя… за сегодня я эту процедуру проводил уже не первый раз, так что в данном случае она выполняла роль обезболивающего — защиту от творящегося вокруг хаоса. Плюс выжигала алкоголь из крови: несмотря на то, что ради решения конфликта мне приходилось пить, пьянеть я не собирался. Главное ведь делать вид и поддерживать разговор, а дальше всё сделают за меня.

— Без проблем. Повторю, — чуть угрюмо откликнулся Некифоров, поднимаясь.

Вполглаза я покосился на по большей части молчаливого Некифорова. Тот находился настороже и явно в чём-то меня подозревал. Он помнил встречу у себя дома и готовился ко всему. Ни алкоголь, ни привычная атмосфера, ни изменение отношения ко мне его товарищей — ничто не могло притупить его настороженность.