— Возник под влиянием скверны, — пояснил я, — той самой энергии, излишки которой ты выкачиваешь из аристократов. В нём она хранится и концентрируется. Что-то вроде магического источника, только чужеродного и враждебного обычному человеческому телу. А почему ты так удивилась?

— Эта штука стоит бешеных денег! — сообщила Ольга.

— Прямо-таки бешеных? — с подозрением поинтересовался я.

— Ну… примерно, как мой доход за месяц, — прикинула она. — Если, конечно, на чёрном рынке продавать. А официально раз в пять дешевле, но всё равно не мало.

Я задумчиво уставился на Уго, невольно подсчитывая в уме возможную прибыль от истребления слабых одарённых. Если в каждом из них хранится по такому кристаллу, то достаточно каждый день убивать всего по одному из них и тогда…

Додумать мысль я не успел, потому что внучка, похоже, уловила в моём взгляде что-то такое, что заставило её вздрогнуть и измениться в лице.

— Не надо, дядюшка Макс! — попросила она меня.

— Что не надо?

— О чём бы ты сейчас не подумал, не надо!

Что ж эти современные люди такие нежные? Не то, чтобы я и впрямь собирался устраивать геноцид аристократов, но помечтать-то можно!

Был у меня в пору юности знакомый, по имени граф Раскольников. Отчаянный был человек, охотился на ведьм с одним топором.

Времена тогда были тяжёлые, бедность, неурожаи… Платили за каждую старуху всего по двадцать серебрушек. Так он количеством брал. «Пять ведьм — уже золотой», — приговаривал он, натачивая свой топор. Везде с ним таскался, чтобы в случае чего в дело пустить.

Ладно.

Раз с Уго мы разобрались, надо бы проверить ещё кое-что.

К счастью, в лаборатории был не один длинный стол, так что мне не пришлось таскать туда-сюда трупы. И я просто приказал Фреду снять кофту и лечь на свободное место.

В него стреляли из этого… пистолета, и мне было очень интересно узнать, чем. Да и залатать слугу не помешает.

— А с ним что не так? — тут же заинтересовалась Ольга.

Всё-таки чувствуется в ней лекарь. Сплошное любопытство и никакой брезгливости. Впервые мне показалось, что новое наименование нашего дара не такое и неудачное.

Тоже с людьми работаем. Делаем их лучше.

— Надо вытащить снаряды, — объяснил я, внимательно осматривая его торс.

Что интересно, это орудие оставляло очень аккуратные маленькие дырочки. Не то, что привычные мне арбалетные болты или стрелы. Те чаще всего так разрывали ткани тела, что слабый некромант или лекарь вряд ли мог рассчитывать залатать несчастного без шрамов.

— Пули, — снова напомнила мне Ольга, — они называются пулями.

А я в этот момент как раз подцепил своим теневым пинцетом одну из них. Маленькая металлическая штучка, от которой веяло энергией скверны. Кажется, я уже перестаю этому удивляться.