А ему пора на свою позицию.

Жена ждала его на пороге, выглядывая в ночи.

— Почему не в погребе?

— Дети там уже, а я без тебя не могла. Как знала, что ты придёшь.

На то, чтобы спуститься в темноту погреба, ушло меньше минуты. И только заперев тяжёлую бронированную крышку, Павел немного успокоился.

И включил свет.

Укреплённые погреба в деревне появились ещё при его пра-прадеде. И не раз уже спасали жителей деревни при набегах. Только на его памяти таких было уже два. И сидеть приходилось подолгу. Так что ещё после первого раза Павел мало-мальски оборудовал погреб — провёл свет, поставил скамейку. Запас воды в бутылках, кое-какая еда, ведро с крышкой и мешок с торфом — мало ли по нужде приспичит — стояли теперь в погребе всегда. Просто на всякий случай.

И вот случай настал.

— Ну что, располагаемся поудобнее, достаём игры…

Дети, сын восьми лет и семилетняя дочка, сидели молча, с круглыми глазами. Для них это был первый налёт, прошлый случился, когда их ещё на свете не было. Но большие уже, всё понимают… Да и ночная побудка спокойствию никак не способствовала.

Павел вытащил из карманов патроны, расставил их на полочке в дальнем углу, скинул подбитую мехом куртку, аккуратно проверил ружьё. Вроде всё в порядке.

Зубы отбивали чечётку, то ли от волнения, то ли от холода — всё же погреб, не жарко. Жена умница, успела и сама одеться, и детей одеть.

Понемногу всё же успокоились. Достали игру в ассоциации, разобрали карточки.

Всё было спокойно. Стрельба вроде стихла совсем.

— Поди отбились? — спросила жена.

— Так поди, — согласился Павел.

И в этот момент загрохотало так, будто в дом на полном ходу влетел грузовик.

Погас свет.

Завизжали жена и дети, сам Павел вскочил и схватил ружьё на изготовку.

— Тихо! — шикнул он.

Но было уже поздно.

Тварь их почуяла.

Затрещали наверху доски, а следом и заскрежетало железо.

— Люк ведь бронированный… — прошептала жена.

— Конечно, — кивнул Павел, наводя на бронированный люк ствол. — Быстро в угол!

В следующую секунду люк вылетел с петель, как крышка с банки со шпротами. Огромный коготь просунулся в щель и выдрал тяжеленную створку с мясом.

Павел выстрелил, не глядя. Передёрнул цевьё и снова выстрелил в темноту лаза.

Видимо, попал, потому что тварь заскулила, сверху на него капнуло что-то горячее. Защипало лицо, куда попали капли.

Он уже оглох и ничего не слышал, но продолжал стрелять. В свете выстрелов он, наконец, разглядел напавшую на его дом тварь. Огромная клыкастая харя на толстой шее, а вместо лап — перепончатые крылья.

— Да сдохни ты уже!!! — заорал он, нажимая на спуск.