— Господин, он был на мостике, поща…

Лапка, по моему жесту, парализовала и лишила паразита сознания.

— Кандалы, тройной набор, — бросил я, тыча в Аполлошу перстом. — Не ноктилит, обычные. Полностью раздеть, все украшения с тела долой, Моллис, удаляй в варп все волосы и зубы, — подстраховался я, хотя ВРОДЕ бы, ничего гадкого не было. — Далее, Моллис, этот еретик — твоя задача. Держать в бессознательном состоянии, но не вздумай — подчёркиваю, не вздумай, это приказ! — считывать его воспоминания и вообще лезть в голову. Парализованное тело без сознания, живое — вот что мне нужно.

— По слову вашему, позвольте исполнять? — мрявкнула Лапка.

— Погоди. Ты, в шкафу, вылезай, — бросил я, для наглядности постучав сервочерепом в окрестности пребывания прятальщика.

Тельце в шкафу закопошилось, и… началось «пощадите господин!» — заход два. Правда, в этом случае, было ещё «спасибо, что спасли», но очень мне не понравились ряд моментов.

Итак, из шкафа вывалилась девчонка-подросток, внешне — явная сестра жертвопринесённого паренька, главы клана Красайт. В слезах соплях, «спасибо господина!» — но… Во-первых, одёжа на пигалице была художественно разорвана, но ключевое слово: художественно. И вообще: если бы ейный папаша развлекался «семейным делом», нахрена, извиняюсь, одёжку-то рвать? Недешевую и вообще. Далее, кровоподтёки были ОЧЕНЬ свежими, да и маловаты для лап еретичища. А вот для ручонок самой соплюшки — в самый раз, да и наводили они на подозрения нехорошие.

И, наконец, соплюшка в своих причитаниях не врала. Вот совсем, но при этом, формулировки рассказов о «жудких мучениях», были очень… изящно сформулированы. Так, может у меня и паранойя, но:

— Вырубай её, Моллис, и к прочим пленным, — бросил я.

— Слушаюсь, — выдала Лапка и исполнила. — А…

— Потом расскажу, возможно, посмеёмся, хотя подозреваю, как бы не заплакать, — задумчиво выдал я. — Так, Омикрон, Ипсилон, Каппа. Вы сопровождаете Моллис на Ястреб и охраняете там, подстраховывая с захваченными. Кристиан, обеспечьте перенос и чтобы не задохнулись, — на что лейтенант штурмовиков понимающе кивнул: как мостик, так и часть корабля вентилировались вакуумом.

Точнее, не вполне вакуумом, а имматериумом внутри поля Геллера… в общем, в топологии чёрт голову сломит. Например, о том, что в имматериуме кто-то задохнулся — я вообще не слышал. Ну, если его целенаправленно не удавили, конечно. Распылить на мысли, эмоции и энергии варп мог, но в нём как-то не задыхались. Измерение воображения, законы Мира в котором становятся условностями.

Но, в том месте имматериума, где находились мы, материализующее поле Геллера материализовало вакуум, скажем так. Вообще, несколько бредовая ситуация, но объективно существующая, так что так.