— Простите, господа, я понимаю — тема отнюдь не повод для веселья. Просто уже год действует моё распоряжение по епархиям, — озвучил служитель культа. — Проповеди, проверки прихожан, призывы к бдительности, — под кивки слушателей перечислил он. — Но вот тут случай был, настолько… комичный, — после заминки озвучил он, — что не удержался. Моя канцелярия поголовно хихикает… Да, если откроете сопряжение, сами поймёте. Обычно информация подобного уровня до меня не доходит, но тут экклезиарх епархии Рау сделал подборку… — опять хрюкнул он.

Народ заинтересовался, как и я, ну а по получении пакета хрюкали все присутствующие. И было из-за чего:

Итак, повышение бдительности заключалось в том числе и в доносах на «подозрительное». И вот нашелся один, как суховатым и казённым языком отрекомендовал экклезиарх, «добрый и верующий прихожанин», в роже владельца небольшой колбасной мануфактуры. И начал этот «достойный прихожанин» строчить весьма многословные доносы. С всяческими «лишь на тебя, слугу Бога-Императора нашего, уповаю», «творит враг сей вещи подозрительные» и прочее подобное.

Итак, судя по доносу за номером раз, супруга достойного колбасника наставляла рога супругу с неким лейтенантом СПО, коий и был признан им еретиком. Варп знает, был ли лопухом почтенный колбасник, либо хотел решить семейные неурядицы за счёт экклезиархии. Но, для начала, он стучал на «подозрительного лейтенанта», который «подозрительно часто» заходит в колбасную лавку в отсутствие бывшего на производстве колбасника. «Падазрительна!» много проводит там времени. И, по словам супруги, лавкой управляющей, говорит «ни о чём». Что, несомненно, нужно интерпретировать как склонение колбасной супружницы к ереси, ну и этого лейтенанта жечь огнём.

Поп на это ответил, что мол, ереси нет, ну и тонко намекнул, что колбасная супружница — дама привлекательная.

Через месяц пошёл второй заход: копошение колбасника привело к тому, что лейтенант заходить стал реже, но задерживаться на совсем «подольше», при этом покупая товар. 'Падазрительна!" много и часто.

Очевидно, любовнички не прекратили своего рогоокучивательного дела, но суету рогоносца отметили и решили притупить волнения колбасника «объёмами покупаемого». Но, это тоже было «падазрительна!» — что лейтенант, в офицерской казарме, несомненно, в рундуке каком, прячет полк еретиков, откармливая их правоверной имперской колбасой. И вылилось это в следующий донос.

Но ржали присутствующие и не только, от доноса третьего. Итак, голубки, очевидно, раздухарились. Или лейтенант посчитал, что брешь, пробиваемая в его бюджете колбасами, чрезмерна и требует более длительной компенсации, варп знает. Но наш колбасник обнаружил голубков и «стенающую, но не сдающуюся в руках еретика!» супругу. А основным аргументом несомненной ереси, господин колбасник приводил тот момент, что схватил он, значится, пиломеч чуть ли не от прапрадеда. Но от волнения не то, что не включил пыряло, но даже из ножен не извлёк. И начал этими ножнами, с аквилой оттиснутой, еретика стучать. «И корчило его, и крючило, хулил меня еретик безобразно. Но вера в Императора превозмогла, покинул он лавку мою, столь Аквилой Священной угнетённый, что часть имущества своего еретического оставил!» И да, основным аргументом еретичности лейтенанта был тот момент, что кровоподтёк в форме аквилы зримо доставлял «еретику» дискомфорт.