Я пожал плечами, так как не испытывал ни капли жалости к этой твари.

— Нам не удалось узнать ничего о «Составе-18».

— Еще бы....

Арсений пропустил мою колкость мимо ушей и продолжил:

— Оказалось, что этот...Игорь...был всего лишь мелкой сошкой, который сам напросился в «Состав-18». Он оставлял множество радикальных постов касательно насильственной смены власти, вот на него и обратили внимание.

— Странно, что Тайная Канцелярия об этом не знала.

— Наши специалисты работают, — все так же без агрессии ответил Романов, — но отследить авторов постов в «темной сети» достаточно сложно. Для этого они должны совершить ошибку. А этот кадр оказался очень осторожным. Мало того, что делал все с левого телефона и одноразовых сим-карт, так еще и полностью менял свою манеру речи. Ни один лингвистический анализ не связал бы эти оппозиционные посты с его личностью. К тому же, и в жизни он всегда был несколько навязчивым и доброжелательным, но при этом безобидным. Разве что по молодости возникали определенные сигналы.

Второй выпустил небольшую пылинку и пустил ее в сторону ноутбука.

— Посмотри, тебе будет интересно.

Подойдя к столу, я посмотрел на экран. Там включилось какое-то видео допроса молодого парня, лет двадцати-двадцати трех. Только спустя пару мгновений я узнал в нем Рыбакова.

— Еще раз. Зачем вы проникли на территорию Артемьевых? — спросил следователь, после чего несколько раз щелкнул зажигалкой и закурил. Прошло секунд десять, но будущий директор не проронил ни слова. — Парень, ты только усложняешь себе жизнь.

— Значит, усложняю, — уверенно произнес он. — Вам все равно не понять.

— Ну куда мне, сирому да убогому, до понимания мотивов больших господ, — усмехнулся следователь. — Не считай себя умнее других, мальчишка. Мне просто хочется, чтобы ты не портил себе жизнь.

— Аристократа не посадят за такую мелочь.

— При условии, что за обвинением не стоят другие аристократы из более могущественного рода. Ты вроде сообразительный парень, но не понимаешь простую вещь — скажут мне посадить тебя на десятку, я так и сделаю.

— За что???? — на лице Рыбакова наконец-то показались какие-то эмоции. — Я всего лишь пробрался на территорию поместья и залез в дом!!!

— Ну а глава рода Артемьевых считает, что ты намеревался убить его дочь.

— Что????? Я???? Ксению????? Да что за бред?!?!? Она любовь всей моей жизни!!!

Следователь вздохнул.

— Так и запишем...на лицо маниакальная привязанность...

— Хватит там писать! Я не маньяк!

— Ну пока у меня только эта версия есть. Ты же отказываешься разговаривать по поводу своих мотивов.