Понятно, что Густаво просто подначивал меня. Он вообще любил разговаривать на каверзные темы. И если бы речь шла не о дочке Манса Девятого, то уже во всю бы расспрашивал подробности проведенной ночи. Ну или бы начал рассказывать о том, как оторвался в компании двух-трех миленьких аристократочек. Чего я, к слову, у него никогда не просил.

— Если план Императора удастся, то я с удовольствием встану под твои знамена. Как и остальные Титаны. Мы верим, что в предстоящей войне именно ты станешь решающим фактором, который обеспечит нам победу!

Если Испанец поднял эту тему при Рубенсе, значит, это сделано не просто так и ее надо максимально раскрыть. Поэтому пока мы загружались в самолет и располагались на своих местах, я решил немного развить этот вопрос. Бразилец, как и ожидалось, сел напротив нас и сделал вид, будто смотрит что-то на телефоне.

— А какие сейчас расклады? — спросил я, попытавшись изобразить максимальную заинтересованность. — Нет, я помню уроки геополитики, просто хотелось бы услышать твое мнение.

Испанец как будто ненадолго задумался, поглаживая при это бородку, и наконец начал отвечать:

— Ну основные силы ты знаешь. Британия, Мексика и….Россия против Мали, Аргентины и, похоже, Штатов. Последние не то, чтобы горели желанием вливаться в наш союз, просто не хотят усиления мексиканцев на своем континенте.

— И на чьей стороне сейчас перевес?

— Все зависит от того, где полыхнет с самого начала. Понимаешь, Ярик, главная проблема — это логистика. Османы до сих пор колеблются. С одной стороны, они давно точат зуб на Российскую Империю и мечтают о реванше, а с другой, имеют тесные торговые связи с нашей страной. Тоже самое касается ближнего востока. Каждая из стран имеет свои интересы и не хочет потерять все, при выборе неправильной стороны.

— А правильная сторона — это та, которая скорее всего победит?

Испанец усмехнулся и кивнул.

— Верно подмечено, мой юный ученик.

— А чего в Азии?

— Там тоже все непросто, — неожиданно ответил Рубенс, — китайцы сейчас продвигают Азиатскую Лигу Государств, нацеленную на то, чтобы направить в одну сторону политику своих соседей. Больших и маленьких. Предполагаю, что официально они будут держать нейтралитет, а неофициально войдут в союз с Россией, причем независимо от того, за кого те будут сражаться.

Густаво согласился и с этим.

— С индусами все немного иначе. После того, как они наконец-то скинули с себя бремя Британского управления, Магараджа очень сблизился с Мансом.

— Вот тут я возражу, — Силва даже убрал телефон, чтобы принять более активное участие в разговоре. — Вы забываете про недавние волнения в Пакистанской провинции. Я слышал, что там все более, чем серьезно. И вы понимаете, кто за этим стоит.