— Здесь нет ничего удивительного, Ярослав, — задумчиво произнес Титан. — У каждого человека есть свой уровень совместимости с «ранговой пылью».

— Называй это проще — талант, — ворчливо произнесла Света. — Я не так много слышала про Алекса Чемберлена, но одно было ясно точно — он на интуитивном уровне понимает, как максимально эффективно использовать собственные возможности. К тому же, у него была уйма времени на детальный разбор влияния нано-роботов на свой организм. Его, в какой-то степени, можно считать совершенным орудием убийства. Тебе очень повезло выйти живым из схватки с этим чудовищем.

— Подозреваю, что он не дрался в полную силу, — добавил Испанец. — Слышал я про одну его смертельную технику, под названием «громовой полет». Но сегодня он ее явно не использовал.

— А почему у малийцев нет никаких данных касательно этой техники? — удивился я.

— Потому что все это исключительно домыслы и слухи. Нет свидетелей, нет информации. Ты — первый, кто пережил сражение с ним.

— Мальчик, который выжил…

— Чего-чего? — переспросила Света.

— Да это я так, вспомнил кое-что.

Получается, что даже если бы СяньФэн отдал приказ остановить бой, у присутствующих попросту не хватило бы сил справиться с этим гигантом. Да, в конце концов прибывшие Титаны и Ратники скорее всего остановили бы его, но к этому моменту я, как и большая часть зрителей, была бы уже мертва. Это же как сильно я обидел Уильяма, что он решил натравить на меня такого монстра. Мда… надо срочно становиться Абсолютом.

— Ладно, хватит о грустном! — Испанец бодро хлопнул по подлокотникам и разлил виски нам по бокалам. — Салтыков в застенках секретки, видео с обыском его квартиры уже вирусится в сети, а Ярослав выдержал бой против сильнейшего Титана планеты. Чем не повод отметить такой прекрасный день?

— Тебе лишь бы напиться, — вздохнула Света и поднялась на ноги. — Вы как хотите, но я лучше проведу время со своей дочерью, тем более что завтра… — он бросила странный взгляд на Испанца, — мы выдвигаемся на помощь Романовым.

Вот тут уж пришел мой черед удивляться.

— Вдвоем? Так меня действительно не подпустят к линии фронта?

— Пока что нет, — покачал головой Густаво. — В условиях, когда на тебя будет вестись настоящая охота, посылать тебя на передовую — абсурд. Завтра ты вылетаешь в Италию, где попробуешь вбить клин между ними и англичанами.

Признаться, эта новость меня ни капли не вдохновила. Сражаться — это пожалуйста. Спеть — отлично. Но эти интриги… лучше выставите меня еще раз против могучего британца. Там хоть понятно все: или ты его, или он тебя.