Тем не менее разглядывать синее полотно мне быстро надоело, да и естественные потребности рвались наружу со страшной силой, и я попытался повернуться и лечь хотя бы набок. Не тут-то было. Не знаю, сколько я летаргировал, но моё тело затекло настолько, что абсолютно мне не подчинялось.

Сразу же накатила паника и ощущение того, что со мной произошло нечто, из-за чего я не смогу больше ходить. Память майора Вяземского принялась подсовывать картины инвалидных кресел, и от этого становилось только хуже. Я затрепыхался, как выброшенная на лёд рыба, и мне удалось резко развернуться и одновременно с этим сесть на огромной кровати.

Сердце бешено колотилось, во рту стоял горький привкус желчи, и я, чтобы успокоиться, принялся осматривать сексодром, на котором очнулся. Да, тут можно долго играть в догонялки, или полночи искать друг друга, а можно вполне замутить груповушку, места хватит и мне, и примерно четырём-пяти девицам не слишком тяжёлого поведения. Я нервно хмыкнул, представив себе вполне реалистичную и весьма будоражащую картину.

Кстати, меня даже не раздели, когда зашвырнули на кровать. Хорошо ещё, что перевязь и сапоги сняли.

— Ваше высочество, вы проснулись, — знакомый голос, раздавшийся откуда-то сбоку, заставил меня развернуться ещё градусов на двадцать, чтобы разглядеть говорившего. — Мы испугались, когда вы вот так вот неожиданно уснули. Но, срочно вызванные лекарь и придворный маг в голос утверждали, что ничего страшного с вами не происходит, и что это просто магическое истощение. Нам было странно слышать, что ваше высочество оказался магом, ведь нигде никогда подобная информация не просачивалась, но мы решили довериться профессионалам и перенесли вас в вашу комнату. Вашим людям в посольстве было сообщено, про случившееся, и капитан Гастингс приезжал, чтобы убедиться, что с вашим высочеством всё в порядке, — пока он говорил, я внимательно разглядывал Тристана Аньежа, виконта Дерна и лейтенанта службы, созданной канцлером Эдгаром Лафау, по совместительству, сидевшего в глубоком кресле возле моей кровати. Его лицо было бледным, тёмные глаза запали и лихорадочно блестели, а под ними залегли глубокие тени. Он выглядел уставшим. Интересно, сколько времени Дерн меня здесь караулит?

— И вас, лейтенант, поставили дежурить подле меня, чтобы не пропустить моего пробуждения? — я приподнял бровь, когда задавал этот вопрос.

— Можно и так сказать, — он криво ухмыльнулся.

— И сколько же продолжалась ваша бессменная вахта?

— Вы спали больше суток, ваше высочество. Всё бы ничего, но сейчас стоит глубокая ночь, а вы, судя по всему, выспались на ближайшее время, — только сейчас я заметил, что комната освещена приятным, тёплым светом приглушённых магических светильников, расставленных в хаотичном порядке.