— Да, есть немного…

И я рассказал о парне Оли и о своей находке в прикроватной тумбочке.

— Он куда-то срочно умчался, якобы за лекарством. Мне сейчас не очень удобно что-то предъявлять, потому сестре плохо. К тому же я, наверное, зря сжег куклу. Есть видео, но когда демонстрируешь что-то живьем, доходит лучше. Сомнения быстрее испаряются. Но я абсолютно уверен, что он при помощи куклы привязал сестру к себе. Она такой не была. Оля — девочка свободолюбивая.

— Все ты правильно говоришь! — ответил Нечаев. — Здесь та самая «магия ночи», которую мы обсуждали. Кукла — что-то вроде антенны, проецирующей волю одного человека на другого. Он хочет не семейной жизни, а того, чтобы женщина ему полностью подчинялась, была его рабом. Вот и все. А когда давление резко прекращается, тот, чья на чью волю влияла кукла, некоторое время плохо себя чувствует. Слабость, головокружение, и все такое. Но скоро это пройдет.

— Теперь у меня есть полное право с Олегом что-то сделать.

— Ну ты там поаккуратнее… Но право да, есть. За такое надо людей наказывать, и жестко. К тому же…

— Что?

— Как ты думаешь, за чем он уехал? — проговорил Нечаев.

— Не знаю. Сказал — за лекарствами, но это какая-то глупость.

— Он знает, что кукла перестала работать, хотя о причинах этого не догадывается. Скорее всего, он помчался за другой, чтобы заменить эту. Вот и обещанное лекарство. Конечно, девушке сейчас станет легче.

— Точно. Я и не подумал… как все просто. Ну, пусть приезжает. Мне же проще будет. А то я думал, как доказать сестре то, что он ублюдок… а теперь доказательства сами идут в руки. Кстати, действительно идут. Приехал. Отключаюсь.

На плече Олега висела небольшая сумка (при том, что он уезжал без нее). Посмотрев с помощью магического зрения, я убедился, что Альберт прав — аура от сумки шла такая же мерзкая, как та, которую я заметил в спальне сестры.

Он подбежал к нам и достал из кармана какие-то таблетки в упаковке.

— На, это тебе поможет!

Оля протянула руку, первым к таблеткам успел я.

— Поможет, говоришь, — сказал я, выхватывая лекарства из его пальцев. — Не думаю.

Олег уставился на меня возмущенным взглядом.

— Это что еще такое⁈ — заорал он.

— Паша, пожалуйста, не надо! — чуть слышно произнесла Оля. — Что на тебя нашло?

— Нет, Оль, «нашло» как раз на тебя. Я сейчас все объясню.

— Показывай, придурок, что у тебя в сумке, — злым и невежливым голосом приказал я Олегу.

— Кто ты такой, чтобы мне приказывать? — взвился тот. — Это мои вещи, слышишь, клоун!

— Открывай сумку, или ее открою я. Мне известно, что в ней находится.