В общем, этой ночью неугомонному пенсионеру было чем заняться. Без дела он бы не остался. Но сражение со стаей бешеных волков не прошло бесследно для Ивана Савельевича. Он потратил огромное количество магической энергии, сжигая стаю. И пусть сознания он не потерял (феи и дриады помогли остаться на ногах), но общая усталость заметно ощущалась. Поэтому этой ночью пенсионеру хотелось просто спокойно полежать и звёздами полюбоваться. Но куда там…
Раз выдалась свободная минутка, то стоило разобраться с ещё одним делом.
— Чего вы от меня хотели? — раздался весьма неприветливый голос за спиной Ивана Савельевича.
— А ты у нас грубиян, — с усмешкой поприветствовал своего гостя пенсионер. — И такой же гордый, как и твоя мать. Вон, как высоко нос задрал. Куда пошёл⁈ Если тебя задели даже такие слова, то как ты дальше жить собираешься?
— Моя жизнь не должна заботить лича, — гордо заявил паладин в сияющих доспехах, который собрался покинуть участок пенсионера.
— Ну-у, теперь мне понятно, почему каждая твоя новая встреча со Скайлер заканчивается ссорой, — сокрушённо покачал головой Иван Савельевич. — А если бы я был эльтиром, ты бы разговаривал со мной точно так же?
— Но вы нежить.
— И что это меняет? — задал очередной вопрос Иван Савельевич, при этом обведя рукой свой участок. — Если один из нас чёрный, то с ним нужно обязательно сюсюкаться, боясь лишний раз его негром и лоботрясом назвать? А если один из нас лич, то его нужно обязательно ненавидеть и грубить ему? Садись, давай. Хватит этого цирка. Хотя, ты ведь пришёл ко мне на участок не ради знакомства со мной. Я обещал тебе, что подарю шанс спасти жрицу Света и её двух детей. Хорошо. Начнём наш нелёгкий разговор именно с этого. Как-то раз, выполняя бонусное задание, я повстречал крольчиху…
42. Молодые полководцы
Ночным гостем пенсионера стал сын Скайлер, которого звали Сарн. Этот бесстрашный паладин так и не помирился со своей матерью, а Ивана Савельевича он вообще сегодня впервые увидел. При этом и сам пенсионер поначалу не считал нужным вмешиваться в отношения между матерью и сыном. Все уже далеко не дети. А стало быть, никому не нужно объяснять примитивнейшие вещи и читать нотации. Поэтому постепенно всё придёт к общему знаменателю.
Но Иван Савельевич не учёл одну деталь — гордыню этих двоих. Как эти двое могут наладить отношения, если они не желают друг друга услышать? Размышляя над этим вопросом, пенсионер всё же пришёл к выводу, что этим двоим нужен посредник. Поэтому он заманил сына Скайлер на свой участок весьма своеобразной наградой.