«Альчик» только сильней сжал ей ладонь, Нина опустила шлем ему на плечо. Я же выглянул в окно, и увидел, что на стенах полно многоножек, которые так и норовят залезть к нам на крышу. Их кровь все текла и текла по стеклам.

— Нина, ты молодец, — подошел я и положил руку ей на плечо. — Выберемся, и мы с Гамой сварганим тебе такой ужин, который ты никогда не пробовала!

Нина не ответила — по крыше снова с остервенением забарабанило. Под прикрытием конструктов мы открыли заднюю дверь и начали через каждые сто метров сбрасывать на рельсы по «хлопушке» — когда рванут те, что остались на станции, начнется цепная реакция, которая должна захватить даже норы в стенах.

Нужно разнести тут все по максимуму — второго шанса у нас точно не будет!

Выкидывая «гостинцы», проехали станции «Парковая» и «Лермонтовская», и на каждой нас ждали нексы — и куда больше, чем на прошлой. Первыми в бой бросались конструкты с Дружком, а ликвидаторы, окружив парней с бомбами, рассыпались по перрону. Я тоже не отставал — мой меч полностью покрылся кровью нексов.

— Закончили, — кивнул я, когда еще одна партия «хлопушек» нашли свое место. — Едем дальше!

Сверху еще грохотало, но то ли не так громко, то ли я уже привык к постоянной вибрации, глухим ударам и отдаленному реву.

Мы погрузились на дрезину и двинулась дальше — к станции «Маршала Жукова».

— Что за маршал Жуков? — поинтересовался один из ликвидаторов. — Родственник майора что ли?

— Наверное, — пожал плечами Петрович. — Тоже, поди, давил какую-нибудь гнусную тварь, вот и прославился.

Вот-вот должна была показаться станция, но тут дрезина начала замедляться.

— Что такое? — спросил я, и машинист показал вперед, где в темноте что-то виднелось.

Камни⁈ Черт, неужели и этот туннель обрушился?

Мы подъехали ближе, и внезапно камень двинулся, а затем открыл глаза — они вспыхнули изумрудным светом.

— Мантикора, сука! — рыкнул Петрович и схватился за рычаг, чтобы дать по газам.

Тварь же, не спеша, раскрыла гигантскую пасть и повела рогатой головой. Хвосты забили по стенам, а за ее спиной показались еще две гадины. И будто этого было мало, еще десятка два многоножек двигались в нашу сторону — они полностью заполнили туннель и ползли даже по потолку.

Монстры взревели, а в ответ дрезина загудела, готовясь ворваться в их ряды и превратить их в кровавое месиво.

И в эту секунду и позади дрезины раздался чудовищный рев.

* * *

За пределами палатки полевого госпиталя грохотало так, что временами у Вари закладывало уши. Краем глаза она выглядывала в окошко и видела вспышки молний, всполохи огня и тысячи, тысячи изумрудных глаз, которые постоянно перемещались, гасли и вспыхивали вновь.