— Да я испугался…

— Хех, смешной ты, Саня. Твой батя вот ничего не боялся. Да и мамка хоть куда.

— Это да… Но тем хуже. Берцы знают, какой батя крутой был и что мамка у меня больницей рулит, и еще сильнее задираются. Я свою фамилию уже терпеть ненавижу. Зубр, блин…

— Ну а я Скалозубов, — ухмыльнулся Миша. — Тебе-то повезло, ты-то своего предка застал — было чему поучиться, а вот я про этого Евгения Скалозубова только байки и слушаю всю жизнь.

Он вздохнул и заложил руки за голову.

— Мама говорит он герой, а вот по мне, все это враки. Гад сходил один раз за хлебушком и пропал. А она, дурочка, до сих пор ждет… И чего, спрашивается?

— Да уж… — почесал голову Саня. — А ты как игру-то прошел?

— Кстати! Расскажи мне одну вещь…

Увы, оказалось, что пикантная сцена с Анастасией — тоже враки. Но зато Саня в благодарность за спасение шепнул Мише на ухо пару чит-кодов, которые раскрывают нового персонажа. Он будет везде сопровождать Амальгаму и принимать на себя большую часть ударов.

— Красавка? Как гранд-герцог Красавкин, что ли? — удивился Миша.

— Угу. Говорят, раньше он был котом, а потом под влиянием Нексуса — в День Преображения — вырос в человека.

Повисла тишина, и оба рассмеялись.

— А если пройдешь игру три раза, то сможешь сыграть за Ди, — улыбнулся Саня. — Она умеет превращаться в воронов и кидать веера. Она немного похожа на вашу классную… Горячая штучка.

— Кто Ди из игры или наша Виолетта Максимовна?

И они рассмеялись. Но тут Саня прав — их классная была… классной. Даром что нексианка. Ох, как ей не нравилось, когда ей напоминали о ее настоящем происхождении. Мигом можно было схлопотать вызов родителей в школу.

Миша не понимал, почему она так бесится каждый раз? Нексианка это же вроде нормальное слово. Вот нексонианка, да, дерьмовое. Весь язык сломаешь.

— Эх… — пригорюнился Миша. — Мне бы один раз за Гаму пройти…

Они помолчали.

— Как думаешь, — спросил Саня, — а много в этой игре правды? Моя мама говорит, чушь на чуши…

— Моя мамка от нее тоже кривится, — махнул рукой Миша. — Но она про свою молодость вообще вспоминать не любит. Как в общем-то и все, кто пережил Ночь Преображения, или Ночь Любви, как ее иногда называли. Правда в игре или нет, но в любом случае нашим предкам жилось куда веселее чем нам.

Миша сощурился и поглядел на небо.

Огромные Кольца, оставшиеся от Пожирателя, красиво сверкали даже днем. Миша до сих пор не мог поверить, что когда-то все это напыление, мерцающее сквозь облака, было гигантской планетой. Она целый век висела в небе и направляла на Землю орды монстров, терроризирующих землян.