— Откажешься от этого щедрого предложения, которое решит все возникшие по твоей вине проблемы, и будешь уволена, — никак не отреагировав на ее слова, поставил ее перед фактом блондин. — Я с удовольствием тебе в этом помогу, проводив тебя на выход. Дальше за свои проступки будешь отвечать перед судом.
— И как ты это себе представляешь? Я сяду перед камерой и буду просить прощения за свое же избиение?
— Да, так я себе это и представляю. — Усмехнулся Хоумлендер, перестав удерживать невозмутимое выражение лица.
Штормфронт сжала челюсти, ощущая то, о чем уже успела забыть за эти десятилетия — беспомощность. Это признание определенно точно просто возьмет и потушит тот пожар, что должен был заставить блондина с ней считаться. А отказать тут не получится. Это не Стэн Эдгар, к которому можно наведаться домой и "позабавиться". Как бы с ней не случилось чего-то аналогичного, этому блондину будет нетрудно такое устроить. Видела она результаты его развлечений.
— Когда начинаем? — Обреченно ответила Штормфронт, принимая условия лидера команды.
— Сегодня, примерно через час. — С готовностью проговаривает Хоумлендер, убеждая ее в том, что в ответе он не сомневался.
***
Смотрю на камеры, приподнимая голову встаю в одну из стандартных поз. Вспышка, еще одна и еще парочку. После другая поза и вновь вспышки. Рядом также трудится Штормфронт, услужливо поворачиваясь к фотографам и показывая молнии, которые она может выпускать из пальцев. Раздаются восхищенные вздохи и звук очередных вспышек фотокамер. Со мной так точно не получится.
Красные глаза, что готовы испепелить все что угодно, выглядят очень зловеще. Вот если бы цвет был хотя бы золотистым, то разговор был бы уже совсем другим. А тут ассоциации еще и с дьявольским цветом и полыхающим огнем, что не есть хорошо, в плане маркетинга. Полеты, сверхсила и скорость, это пожалуйста. Убивай кого хочешь и как хочешь. А вот красные глазки запрещены в любом виде, особенно обращенные к зрителю.
На плечо легла рука Штормфронт, что приблизилась ко мне уже для совместных фотографий. Машинально улыбаюсь камерам, никак не противясь действиям девушки, даже наоборот, поддерживая. Рука опустилась на ее талию и я слегка притянул ее к себе, а фотографы только рады снимать. Это попадет на обложки самых популярных журналов уже завтра, что уже укрепит мои позиции.
Впрочем, извиняться я не собираюсь в любом случае. Извиняются проигравшие, а я к таким себя не отношу. Хоумлендер может делать все что захочет, и никто ему не указ. Так чем хуже моя скромная персона? В кои то веки позволю себе выйти из рамок приличия и остаться безнаказанным. Закончив с фотосессией, уселись перед одним из интервьюеров, которых тут было штук десять. Обычно у них все однообразно, особенно с вопросами. Это просто какое-то мучение, когда тебе десятки раз задают один и тот же вопрос, а тебе приходится повторять свой ответ каждый чертов раз. Надеяться на чудо не стоит, оно тут бессильно.