А теперь вопрос: Кто же тогда я, раз не ассоциирую себя с Хоумлендером? Простой оператор, который пытался свести концы с концами. Обычный, самый заурядный человек, с вполне простыми желаниями. По крайней мере до недавнего времени.
Проснуться же в постели, облаченный в этот нелепый костюм, который мой предшественник совсем не часто снимал, было очень неожиданно. Что тут сказать? Тело не потело, что уже исключало множество неудобств от постоянного ношения этого костюма.
Я ощущал легкое смятение, когда понял, что знаю все то, что знает и сам Хоумлендер. Вся его память, начиная с воспоминаний детства в лаборатории и заканчивая тем, что он недавно ел, были теперь у меня в голове. И вот стоя перед зеркалом, я совершенно не понимал во что вляпался и кто все это устроил. Уснуть простым человеком с лишним весом, а проснуться идеалом в глазах большинства. Что может быть лучше? Только вот за такую услугу вполне могут потребовать плату, ведь в то, что это безвозмездно как-то не верилось.
— Надо проветриться, — хмыкнул, сделав несколько шагов к двери. Но резко остановился, повернувшись к просторному балкону, с которого удобно было... взлетать. — Почему бы и нет?
Уже несколько секунд спустя стоя на балконе, сглотнул ставшую вязкой слюну, смотря на асфальт внизу. Насколько помнил Хоумлендер, тут было не меньше восьмидесяти этажей. И он сам проживал на семидесятом, что явно не так уж и низко. Если не получиться взлететь, то упав вниз можно превратить в лепёшку проходящего мимо человека или машину. Со мной же мало что может случиться, разве что рейтинги упадут. И то, с этим Воут быстро разберутся, не дав выйти такой новости за пределы компании.
Выдохнув, отпустил перила, что слегка погнулись от силы сжатия. Глаза сами собой закрылись, а я сосредоточился на ощущении ветра, что бил в лицо. Поднял руки вверх, слегка подогнув колени и резко опустил их, подпрыгивая. Ноги буквально вытолкнули меня в небо, куда мое тело уже совершенно свободно полетело.
Открыл глаза, видя как ночное небо приближается ко мне, точнее мое тело к небу. Сердце билось словно бешеное, а скорость полета только увеличивалась. Руки машинально направились вперед, сжимаясь в кулаки. Скорость полета увеличилась еще больше, а мое тело с хлопком пробило звуковой барьер.
Пару секунд и я вижу, как на красных перчатках образуется корка льда. Но никакого холода тело не ощущало, вместо этого появилось только желание продолжать. Мне было известно, что это не предел... совсем не предел. Так что скорость вновь увеличивается, достигая максимума.