– Ты не будешь возражать, если я съем дольку? Очень захотелось вдруг. – Конечно, прошу вас. С интересом и страхом я наблюдала, как учитель разворачивает фольгу, отламывает шоколадку, нетерпеливо морщится оттого, что цукат не даёт кусочку оторваться, кладёт в рот и довольно улыбается. Господи, какая же жуткая способность мне досталась! За что? Зачем? Если кто-нибудь об этом узнает, и мне, и родным придётся плохо… Вновь дотронувшись до руки мессере Василиса, я сняла воздействие, тщательно проследив, чтобы ни одной золотисто-зелёной пушинки не осталось возле его головы. Мессере перестал жевать, сглотнул, недовольно поморщился и налил себе полный стакан воды. – Ну что же, Екатерина, – сказал он. – Поздравляю, всё прошло успешно. Уверен, ты сумеешь освободить мессере Михаила от наведённых мыслей и ощущений, а уж все вместе вы живо вычислите злоумышленника. Сейчас… – он взглянул на часы. – Сейчас половина пятого утра. Отправишься немедленно, или отдохнёшь здесь? – Отправлюсь немедленно, только один последний вопрос, мессере. Насчёт кинжала что-то удалось выяснить? Учитель вздохнул. – Так понимаю, ты сама это орудие не видела? И точно не знаешь ни размеров, ни материала, из которого он изготовлен? А можешь узнать? – Попробую. Мы с Максом заходили в полицию, хотели узнать, есть ли новости, может быть, поговорить с покушавшимся, но нам ничего не сказали. Может быть… Учитель, можно попробовать кого-то из них прочитать? – Хорошо, что ты спрашиваешь. Постарайся не использовать способности без излишней необходимости, ладно? Если не удастся добыть сведений законным путём – читай. Но без воздействия! – он сдвинул брови. – Естественно. Я уже увидела, как это выглядит, так что буду держаться подальше. – Так вот, о кинжале, или, как твоя матушка его называла – мизерикордии. Тот, который использовал для убийства Тит Корнелий Секунд, был уничтожен мною лично и на физическом, и на магическом плане. В списках родовых артефактов числятся ещё семь подобных предметов, принадлежащих разным семействам, и четыре года назад все они были на своём месте. Я завтра же… – он запнулся и покачал головой. – Сегодня же, конечно, инициирую проверку, так что к вечеру буду знать о них всё. – Но ведь могла быть и копия? И вообще, – я поднялась и заходила по комнате, захваченная новой мыслью. – Если использовалось орудие преступления из Ромеи плюс ментальное воздействие, которого нет в нашем мире… Ну, во всяком случае, нет должно быть настолько сильных менталистов, я вообще видела одних лишь жуликов…