Немцы прекратили преследование, но мы всё равно шли дальше и дальше, углубляясь в лес. Майора лечил несколько раз, ему стало намного лучше, но он быстро уставал, потерял много крови. Тем не менее, командование принял на себя.

— Всё, привал, — скомандовал мужчина. — Надо отдохнуть и решить, как будем к своим пробираться.

— Юра, сообрази что-нибудь поесть. Вижу, у наших товарищей с этим делом не густо, — приказал я.

Еды у бойцов на самом деле не было, а у Василисы тем более. Видел, как во время перехода некоторые срывали какие-то растения и жевали их, чтобы хоть как-то перебить голод.

— Наши запасы тоже невелики, — здоровяк покопался в заплечном мешке, который даже не снимал, только когда останавливались. — Надо на охоту идти.

— После такой стрельбы тут даже малую пташку вряд ли можно найти, — сообщил один из бойцов. — Только даром время потеряем, да и шуметь нельзя.

— Найду, — проворчал охранник, после чего полез в свой мешок и достал оттуда лук, чем ещё раз поразил всех в самое сердце.

Он быстро натянул тетиву и ушёл, пригрозив майору пальцем и дав одному из солдат котелок, чтобы тот занялся делом и вскипятил воды. В канаве, где мы засели, повисла тишина. Один боец стоял в карауле, ещё один возился у костра. Вода тут имелась, неподалёку протекал ручей, вроде бы чистый и холодный, возможно, даже родник. А те, кто маялся бездельем, уставились на меня, я это отчётливо чувствовал, хотя и прикрыл глаза. Минут через пять, когда я уже запланировал немного вздремнуть, рядом со мной уселся майор.

— Спасибо, — поблагодарил он меня. — Думал, что всё, отвоевался.

— Пожалуйста, — буркнул я. — Должен будешь.

— Какие у вас дальнейшие планы, что хотите делать?

— Не знаю, но бежать к границе и пытаться прорваться через фронт точно не собираюсь, нечего мне там делать, власть сейчас слишком агрессивная. Если честно, то сомневаюсь, что получится прорваться, уж лучше здесь будем немцам поставки на фронт нарушать и громить их обозы. Армия скоро пройдёт, потянутся тыловые службы, можно будет их пощипать, заодно и едой разживёмся.

— Советская армия их скоро отбросит, — с жаром заверил меня майор. — Просто удар был подлый и неожиданный.

— Серьёзный отпор дадут только под Москвой, когда наши генералы научатся воевать по-современному, не раньше. Сейчас идёт битва за Минск, уверяю тебя, его сдадут.

Майор запыхтел, видно хотел высказать всё, что он обо мне думает, да только я не обратил на это никакого внимания.

— Ты дворянин, я правильно понял? Из эмигрантов? — Наконец-то разродился он новым вопросом.