Одной лишь магией Влад не ограничился, изнутри все проёмы оказались ещё и зарешечены. Причем трудно сказать, чего именно опасался Вечный — визита незваных гостей или же побега вампирши.

Но и на этом меры безопасности в комнате не заканчивались. Узоры, обереги, талисманы — Влад не поскупился на охранные артефакты, но главным среди них оказался гроб с бледно-красной кровью внутри. Именно в нём и лежала тяжело дышащая вампирша.

— Можешь осмотреться, Наамия пока спит. Если есть пожелания по безопасности — говори, но на самом деле, я не советую что-либо менять или добавлять. Очень легко нарушить баланс.

— Меня всё устраивает.

— Хорошо и… прежде чем её будить, советую собраться с мыслями. У Наамии сейчас до предела обострены инстинкты хищника. Почувствовав страх, она может начать делать глупости.

— С этим не будет никаких проблем, — сейчас меня переполняли далёкие от страха эмоции, ослабленный враг порождал желание прикончить и скормить вампиршу Проглоту.

Процесс пробуждения требовал времени, Влад один за другим гасил заклинания и обереги. Поначалу я пытался уловить суть происходящего, но довольно быстро сдался, не найдя ничего интересного. Парень не задействовал уникальные рунные узоры, так что я переключился на гроб, в котором лежала вампа.

Больше всего меня привлекли стёртые временем барельефы, едва уловимые надписи и полное отсутствие ауры. Последнее — едва ли не обязательный атрибут по настоящему сильного артефакта, ведь даже простой камень способен излучать хоть какую-то энергию, а именно — слабый элемент Земли.

Чем дольше я всматривался в барельеф, тем чётче казались вырезанные узоры. Изучая один фрагмент за другим, я постепенно собирал их в единую картину подобно паззлам и, увлёкшись, я упустил момент, когда окружающий мир погрузился во тьму.

Изображения на барельефе начали подрагивать, словно пленники, несчастные жертвы, угадившие в паутину. Попытка сбросить наваждение ничего не дала, в итоге я решил пройти самым простым путём и закрыл глаза, но стало только хуже.

Тишину нарушили крики. Поначалу это был всего один, едва слышимый голос, но постепенно их становилось всё больше, пока они не слились в единый безумный хор.

Открыв глаза, я больше не видел комнаты — меня перенесло в центр бойни. Сотни и сотни вампиров рвали плоть своих жертв, среди которых были как монстры, так и представители самых разных рас.

В миг, когда иные жертвы закончились, вампиры принялись рвать собственные глотки. Подобно безумным фанатикам, их лица выражали экстаз, даже когда жизнь покидала тела.