— Если следовать твоей логике, то и я, одна из детей Глубинной расы, должна получить приговор, — пусть вид искажённой Искры и застал Бездну врасплох, та не поддалась на провокацию. —Сущности, лишь одна из граней силы любого Вечного, и она не отражает истинные помыслы и намерения.

— Твой друг — Проклятый, пусть эта раса и обладает своими особенностями, но даже так, по праву крови они обладают лишь тремя Началами: Человек, Проклятый и Нежить, но присмотрись, что ты видишь сейчас? Грех, Демон и Пустота — лишь эта троица хорошо показывает, в каком направлении решил развиваться твой друг.

Возможно, для Местных слава Араниэля и прозвучали бы как весомый довод, но не для Бездны. В конце концов, до недавнего времени подавляющее число Вечных воспринимало Теллуру и всё в ней происходящее как игру.

Полученные до Разлома статусы и достижения не могли служить гарантом того, какой именно перед вами человек. Причем это правило распространялось в обе стороны — даже «святой» мог оказаться законченным эгоистом, в то время как «маньяк» будет простым парнем, намеренно получившим столь сомнительный статус ради бонусного урона.

— Вижу, я до сих пор не убедил тебя, — в голове Бездны вновь послышался усталый голос Старика.

— До сих пор я видела лишь твои домыслы, но никаких фактов.

— Если госпожа Пророк жаждет более явных доказательств, то ей придётся самой сделать следующий шаг, — перед внутренним взором Бездны вспыхнула карта Гипербореи, при этом взгляд девушки сразу к себе привлекла чёрная метка в виде черепа.

— Что это?

— Орден обнаружил это место всего несколько месяцев назад, но сразу же нарёк его Запретной землёй. Я видел это место лишь раз, да и то мельком, но до сих пор меня пробирает дрожь от одного лишь воспоминания.

На этот раз Старик не пытался давить на эмоции. Бездна действительно ощущала, как от заточенного в Пере Ангела фрагменте воли Араниэля исходит отвращение и страх.

— Представь безжизненную долину, в которой нет травы, нет деревьев, нет самого дыхания жизни. Есть лишь боль и страх, причем их настолько много, что они пронизывают воздух, отчего каждый вздох даётся с огромным трудом, отравляя любого незваного гостя.

Голос Старика начал подрагивать. Он словно задыхался от того, что прикасался к этим запретным воспоминаниям.

— … от обилия пролитой крови, земля там стала подобно топи. Один неосторожный шаг и тебя утянет в недра кровавого болота, тянущегося на многие метры под землю. Впрочем, самое страшное в Долине — огромные кресты… даже распятые на них Гиганты едва ли покрывали десятую часть, в то время как иные тела походили на изуродованные куклы. Внешне они походят на трупы, но при этом в каждом тлеет извращённое подобие жизни, обрекающее их на бесконечные страдания.