— А когда попала сюда, то ситуация ухудшилась, — продолжил я.

— Да, стало намного хуже.

Примерная картина ясна, гены Михаила угадываются, в том числе и его предрасположенность к риску. Будущий гонщик-чемпион собирается на свет появиться? Не удивлюсь, как и тому, что он станет, к примеру, каким-нибудь известным пианистом. Жанне необходим тонус, а чтобы его поддерживать — адреналин и риск. Сейчас это легко устроить, но предварительно необходимо распутать переплетенные источники, заставить их работать на благо матери и ребенка. С магией Жанны легко справиться, а вот с недавно активированным и еще несмышленым источником предстоит попотеть. В нем кроется проблема!

— А можно еще бутылочку? — прервала мои размышления беременная.

— Лопнешь, — хмыкнул я и удовлетворенно кивнул, увидев, как негодующе взметнулись всполохи в ауре Жанны.

Ожил мой сотовый, Михаил прислал сообщение, что прибыл Майнин.

— Пойду встречу профессора, — предупредил больную и погрозил пальцем: — Молоко не воровать!

— Ты за кого меня принимаешь? — сделала та «честные глаза».

Интересно, сколько бутылочек успеет опустошить? Ни на грамм ей не поверил. Да и не сумеет сопротивляться желаниям источника пацана. Ох и тяжко родителям будет, подозреваю, упрямство ребенку не занимать. Но это головная боль Михаила, теперь-то он раскается, что не слушался отца с матерью.

Петр Борисович внимательно выслушивал Беллу Эдуардовну и мрачно кивал. Целительница-акушерка доказывала необходимость избавления от ребенка, чтобы спасти молодую женщину. Какие-то бумаги профессору продемонстрировала и заявила, уже глядя на меня:

— Наш целительский центр проконсультировался с известными акушерами, имеющими мировое имя! Все однозначно заявили, что правильно диагностировали сбой источника и другого выхода нет, как прерывание беременности. Счет идет на часы, удивительно, что Жанна Петровна еще борется.

— Мы вас услышали, — заявил я, пожимая Майнину руку. — Профессор, рад, что откликнулись и так быстро смогли прибыть. Пойдемте, нам необходимо переговорить, — кивнул в сторону палаты.

— Станислав Викторович, простите старика, я успел переговорить с Гурнаманом-старшим, все же с ним знаком и при моем появлении Леонид Степанович выразил желание перекинуться парой слов, — идя за мной, проговорил Петр Борисович.

— Надеюсь, выводы не стали делать? — поинтересовался я.

— Факты и анализы неутешительны, — уклончиво ответил тот. — Кстати, вы магиодиаграмму изучали? Спектральное сканирование источников рассматривали?

— Полагаюсь на свои глаза и информационную диагностику, — буркнул я.