Из рассказа Ивана можно сделать ещё один крайне интересный вывод.

Вампирша, что родила здорового ребёнка, была очень сильна и прожила чёрт знает сколько. А в случае других подобных дети рождались мертворождёнными. Здоровяк не упоминал деталей, но полагаю можно предположить, что остальные подопытные вампиры и оборотни были не столь уж сильны. Тогда напрашивается соответствующий вывод — только воистину сильный вампир или вервольф может заиметь человеческое потомство, в крови которого будет спать их проклятие.

Благодаря Немору и его необычному артефакту я знаю, что моё вампирское проклятие идёт от клана Цепеш. Сей клан уже несколько веков ведёт достаточно жалкое существование, однако одно время в нём состоял один очень могущественный вампир. Его ещё Дракулой звали. Понимаете, к чему я веду? Вот и мне не нравятся сделанные мною выводы.

Ну и да, проклятие вервольфов явно идёт от какого-нибудь сильного вожака. Понять бы ещё какого только. Тот же Иван лишь почуял само проклятие, а не к какому племени я могу принадлежать. Впрочем, он может знать сильных вервольфов живших более шестнадцати лет назад.

Эх, по итогу что-то выяснил, но облегчения не чувствую. Скорее наоборот, сильнее напрягся и у меня появилась уйма новых вопросов. Теперь надо выяснять творили ли Зотовы всякие зверства. Полагаю придётся озадачить этим вопросом Волконского. Хорошо хоть смогу объяснить свой интерес тем, что желаю восстановить родовые архивы и всё в таком духе. Благовидный повод, благодаря которому можно выйти на ту информацию, которая мне нужна.

— Вижу мой рассказ сильно озадачил тебя, — сказал Иван. — Крайне неприятная история, да. Зато ты теперь знаешь, что когда-то жил человек, у которого была такая проблема как у тебя. Хотя с тобой всё не так просто, конечно.

— Это мягко говоря, — вздыхаю я. — У меня были определённые подозрения и теперь благодаря тебе я точно выяснил, что надо мною проводили опыты. Малоприятное знание.

— Меня это тоже… напрягает, — признался вервольф. — Казалось, что это всё в далёком прошлом, но выходит кто-то снова проводит эти эксперименты. И я не строю иллюзий — вампиров и вервольфов мучают, истязают и убивают.

— Скорее всего уже этого не происходит, — говорю я. — Зотовы, мой род, уже почил будучи уничтоженным другими дворянскими семьями. Хотя далеко не факт, что именно они проводили опыты надо мною. Тут всё может быть гораздо сложнее.

— Но кто это сделал если не твои родичи? Только у них была возможность сделать это.

— Всё зависит от того, как именно в мою кровь внедрили наследия и проклятия, — подмечаю я. — Предположим хватит всего одного не столь уж серьёзного вмешательства. Всего один укольчик растущему плоду под предлогом, что это какие-нибудь витаминчики или лекарство, которое поможет избежать всяких патологий. Да, Зотовы у нас первые подозреваемые, однако всё может быть иначе. Нужны твёрдые доказательства или всё это лишь пустые разговоры.