— Опять всё испачкали! — сказала она ворчливо, и дроиды перебрались на броневик.

Мы с Ори стояли и не понимали, как нам реагировать. Вскоре она нас заметила.

— Так, а вы что здесь делаете? Почему не с остальными воспитанниками на наказании?

— Мы не успели провиниться, только прилетели со станции, — ответил ей Ори.

— Новенькие, значит. А что здесь стоите?

— Ардар сказал ожидать здесь.

— Сейчас я узнаю, что с вами делать. Поняла. Сейчас отведу. Значит так, новые воспитанники, следуйте за мной.

Она вывела нас из гаражного бокса, и мы оказались в узком коридоре. Её дроиды постоянно перемещались по стенам или полу, при этом что-то чистя. Вскоре узкий коридор закончился и сменился на более широкий, по обеим сторонам которого находились железные двери.

— Вот твоя комната, — показала на одну из дверей и нажала на кнопку открытия.

Мы с Ори посмотрели друг на друга, и он зашёл внутрь. Моя комната оказалась немного дальше по коридору. Как только зашёл внутрь, дверь за мной сразу закрылась. Я попробовал открыть, но дверь не открывалась. Комната сильно напоминала каюту на станции, в которой я побывал, там только было два места и полки расположены одна над другой. От такой каюты Лана отказалась, выбрав другую, больше и с раскладывающейся кроватью.

Воспоминания о Лане отозвались болью в сердце. Чтобы отвлечься, переключился на осмотр комнаты. Вместо верхней полки здесь сделана металлическая конструкция вроде антресоли, заканчивающаяся у самого потолка. С одного боку она соединялась с шкафом для одежды, с другого небольшим туалетом, расположенным рядом с входной дверью. У кровати находился небольшой проход, заканчивающийся металлической тумбочкой. Комната была крохотной, размером немного больше, чем три на два метра.

Похоже, в этом месте я проведу два следующих года. Негусто, конечно, но в целом жить можно. Можно понять, когда на станции или корабле экономили место, но здесь была планета и такая экономия места мне не понятна. Впрочем, крыша над головой есть — уже хорошо, а если кормить будут, то вообще замечательно. Есть хотелось, один очень нехороший разумный поторопил и не дал на станции позавтракать. Наверно, поэтому я был злой.

Станцию мы покинули в середине местных планетарных суток, а сейчас на планете должен быть поздний вечер, вот только не видно, что творится на улице, в комнате нет никакого окна или даже намёка не него. Вернулся к двери и поискал скрытую кнопку, открывающую дверь, но ничего такого не обнаружил, после чего обыскал шкаф и антресоль. В них ни пыли, ни повесившейся мыши. После чего голодный и злой растянулся на койке и только тогда обнаружил небольшую панель, прикреплённую к антресоли и расположенную над головой.