— Полагаете, мы пройдем через перевал? — спросил я.
Лорд отрывисто кивнул.
— Уверен.
Он вдруг посмотрел куда-то вдаль, где копошилась особенно крупная поисковая группа. Кажется, на той вершине холма раньше находилась королевская ставка Неистового.
— Магнуса еще не нашли? — осведомился я, проследив за взглядом колдуна.
— Нет, — тот покачал головой. — Надеюсь ландриец жив, без него управлять человеческой конницей будет сложно.
Сказал и медленно побрел с пригорка, за которым виднелись верхушки шатров темно-сиреневого цвета. Позади, справа и слева пристроились телохранители. Один вел на поводу лошадь Вардиса.
Я глубоко вздохнул и неторопливо направился следом, стараясь не наступать на тела, которых на поле хватало с избытком.
* * *
— Еще вина? — Бернард протянул кожаную флягу.
Я отрицательно мотнул головой.
— Лучше эля.
Из объемной седельной сумки выглянул пузатый кувшин, закупоренный деревянной пробкой. Запасливости бывшего наемника можно лишь позавидовать.
— Ходил к целителям? — я кивнул на доспех.
Панцирь рыцаря Замка Бури изобиловал рванными дырами. Приличных кусков стали не хватало, в отверстии виднелись разодранная кольчуга и обрывки шерстяной подкладки.
— Ерунда, — Бернард пренебрежительно отмахнулся. — Пара царапин.
Я покачал головой. Вот что значит везение, несколько сантиметров глубже и пришлось бы искать себе нового капитана стражи.
Лоб и щеки бравого вояки алели парой свежих ссадин. Судя по всему, результат скользящего удара по шлему. Еще раз повезло, пойди удар по немного другой траектории и с чуть большей силой, и запросто можно лишиться головы.
Но в остальном мой первый соратник по приключениям в Фэлроне перенес битву с воинством Теней без особого ущерба. В отличие от многих других.
— Где-то здесь еще был хлеб, сейчас, — Бернард зашарил в холщовом мешке.
Мы не стали заходить в палатку, а разместились прямо у костра. Следовало перекусить, близился вечер, лично у меня с самого утра маковой росинки во рту не бывало.
Подумал и тут же вспомнил о способности поддерживать организм энергетической подпиткой напрямую. Если подумать, то принятие пищи для меня теперь перестало быть жизненной необходимостью.
И тем не менее, почувствовав голод, первым делом отправился заморить червячка. Вот что значит человеческие привычки.
— Держите, милорд, — краюха черствого хлеба легла в мою ладонь.
Ели прямо из походных котелков, используя побитые медные ложки. Наваристая похлебка с рублеными кусочками мяса и пережаренным луком, щедро сдобренная острыми приправами, на вкус получилась просто отличной.