А, все равно. Кусать и удирать.

И в эту секунду Линок открыл глаза.

Мутные.

Зеленоватые.

Почуяв истинное дитя Многоликого, несчастное изуродованное существо последним усилием воли скинуло с себя оковы сна, и преодолело действие яда. Кое-как шевельнулась безвольная рука, упала поближе к Марии.

Кусай.

Не сомневайся.

Я буду тебе благодарен…

И острые длинные клыки легко погрузились в плоть, впрыскивая яд.

Освобождая.

А теперь обратно. И быстро, быстро, пока никто не вошел, не спохватился, не обнаружил ее отсутствие… змеиное тело скользнуло в окно, и вниз по стене, и обратно

Да так, что только грязь из-под хвоста полетела.

Во дворце проще, там она один подходящий фонтан присмотрела. Сможет и искупаться, и обсохнуть рядом на чистом мраморе, и потом во дворец нормально вернуться. А тут…

Можно подумать, у нее был выбор!

* * *

Перед тем, как проскользнуть в свою комнату, Мария долго прислушивалась, но — повезло. Тишина. Никто ее отсутствия не заметил, никто не увидел и не услышал…

В кровати мирно сопит Анна. На столике рядом лежат свитки, которые подарил ей Вернер. Мария хотела почитать перед сном, но потом отвлеклась и просто забыла обо всем.

Сейчас почитать?

Нет.

Не хочется.

Ее величество оглядела себя.

Что ж, вымылась она удачно. Перед превращением она разделась догола и надела на себя старую нижнюю рубаху. А камень так и болтался на шее, она уже к его весу и привыкла.

Рубашка теперь не особенно чистая, но это мы исправим. Мария, недолго думая, сняла ее, бросила на пол и принялась обтираться водой. Специально тазик оставила, кувшин, рядом тряпочка мягкая. Вот так, хорошо.

А теперь всю воду из тазика вылить на грязную рубашку.

Вот так, и кто там будет разбирать историю мокрого и грязного комка ткани?

Отнесут прачке, да и прикажут выстирать, а та и думать не будет. Прачке тоже какое дело? Королева там, еще кто…

Плевать! Лишь бы платили…

Мария надела другую рубашку, красивую, с кружевом и весьма затейливой вышивкой, и нырнула в постель. Пригребла себе под бочок тепленькую Анну, дочь пробормотала что-то неразборчивое и прижалась покрепче.

Мария закрыла глаза — и уснула.

И во сне она видела лиса.

Да-да, того самого лиса, только вот сейчас он был цельным и настоящим. Лисом, как и должен был стать.

С роскошным хвостом, с пышной рыжей шубкой и с яркими зелеными глазами.

Он бежал по лесу, и весело подпрыгивал от счастья, от полноты жизни, от ощущения… свободы.

Он был свободен.

* * *

— Ваше высочество!!!

Вернер подскочил на кровати, как укушенный.

— Кто⁈ Что⁉

— Ваше высочество, эрр Линок Саран… — в голосе слуги звучал чистый ужас.