Стояла эта лачуга сто лет, ничто ее не брало — ни революция, ни бандиты, а тут — раз, и сгорела. Соседи решили спалить? Сомнительно. Значит, можно предположить, что там что-то было. Что было? Уж точно, не килограмм героина (в семьдесят шестом о таком и не слышали!). Хотелось надеяться, что нож. Ну не может быть, чтобы в доме, пускай и таком непритязательном, как Римкин, не было ни одного ножа.

У Бурмагина, допускаю, ножей не нашлось, потому что мужик все пропил. А у Римки ножи водились. А если представить, что убийца Шматинин, будем исходить из того, что это он, побоялся вынести нож. Всё-таки Коркина кричала, и выйти с ножом из дома — великий риск. Таскать такую улику при себе — прямой путь в тюрьму.

А может была ещё какая причина, которую преступник посчитал в тот момент решающей? Кто знает? И Шматинин спрятал орудие преступления там, на месте. Может, даже и не очень хорошо спрятал. Просто в таком гадюшнике отыскать улики было проблематично. Тем более — насколько хорошо их искали? Жара, вонь, следователь даже внутрь не вошел. Судмедэксперт — тот вообще не по этой части, а криминалист осмотрел поверхности, взял пальчики, вот и все. А «следы пальцев рук», изъятые хоть со стекла, а хоть с посуды, ничего не дадут. Шматинин, он не дурак. Тот факт, что он заглядывал в дом, скрывать не станет. Скажет — да, пару дней назад забегал, молочко принес. А что, нельзя? И ведь получается, если следовать этой версии, замысел убийцы сработал, мы ничего не нашли.

Значит кому-то надо исправлять ранее допущенные ошибки. И сделать это придётся мне, а для этого слегка нарушить закон. Причём в случае моего провала дело полетит в тартарары ещё веселее, чем в прошлой жизни, а мне, вероятно, придётся распрощаться со службой в милиции. И какая жизнь будет ожидать меня тогда? Но самое главное — Шматинин опять вывернется (опять? Ведь ничего же ещё не произошло!) и натворить ещё много бед, о которых мне даже вспоминать не хочется.

Сделать мне предстоит сущий пустяк (да простит меня советское правосудие!) — всего лишь в спокойной обстановке, без ведома следователя, проникнуть в эту хибарку. Можно, конечно, и законным путём, со следователем, понятыми, другими участниками осмотра. Только в этом случае рулить процессом будет следователь, и куда это всё зайдёт, одному богу известно. Да и как мне внедрить в его (следователя, а не бога, конечно) голову срочную необходимость такого осмотра?

Я думаю, лучше всего это сделать ранним утром, когда сон у людей крепок, а на улице уже светло. Потому что при отсутствии фонарика, лазать в этом сортире (пардон!) в поисках чего-то — дело неблагодарное.