— Привет, дружище. Пить, небось хочешь? Ну, давай-ка я тебя напою.

Точно, умер.

Рядом со мной стоял мой наставник — дядя Петя Веревкин, хотя на самом-то деле, это капитан милиции Петр Васильевич Задоров, а Веревкиным его прозвали за умение виртуозно «упаковывать» нарушителей закона. Бывало и так, что дядя Петя приводил в отделение несколько человек, связанных веревками и вел их по городу, словно бедуин верблюдов.

Петр Васильевич «пристрастился» к веревкам еще в войну, на которую попал почти мальчишкой — в восемнадцать лет. И всю войну отбарабанил в разведке. А чем ты будешь «языка» вязать? Наручников разведке никто не давал (у нас, впрочем, тоже о наручниках только слышали), а веревка она всегда под рукой. В крайнем случае, можно что-то другое приспособить.

После войны дядя Петя еще два года служил на Западной Украине, выкуривал из схронов «бандерлогов», а уже потом пришел в милицию. Награды носить не любил, но на День Победы все-таки их надевал. Два ордена Славы, два «Красной звезды» (один за «бандеровцев»), «Отечественная война» первой и второй степеней, целый иконостас медалей.

Про войну дядя Петя рассказывать не любил. Да и кто из настоящих фронтовиков об этом рассказывал? Вон, мой родной дядька, который до Берлина дошел, на все вопросы отвечал просто: «Пшел ты…». Направление давал очень конкретное, куда идти.

В году так сорок восьмом бывший разведчик вернулся домой. Обнаружив, что его дом попал под затопление и лежит теперь на дне Рыбинское водохранилище, а родители перебрались в город, подался сначала на стройку, но там не понравилось. Понять парня можно — разучился жить на гражданке. А тут как раз пригласили работать в милицию. Лет с десяток отбарабанил простым патрульным, но город рос, людей не хватало, поэтому бывшему разведчику предложили стать участковым инспектором.

С дядей Петей боялись связываться самые отпетые хулиганы, в любой стадии опьянения. Даже цыгане, ни в грош не ставившие никакую власть, способные отмудохать кнутом инспектора уголовного розыска (ищи их потом по всей стране), при виде невысокого худощавого капитана, предпочитали сплюнуть и убраться куда-нибудь подальше. Понимали — если вытащат кнут, так будут тем же кнутом и биты, а потом им и повязаны.

Петр Васильевич был едва ли не последним «из могикан». Нет, кое-кто из фронтовиков имелся, но на более высоких должностях и при погонах, не ниже полковничьих. Тот же министр Щелоков, или наш начальник горотдела, подполковник Горюнов, участвовавший в высадке десанта на южном Сахалине.

Министр наш, увы, закончил плохо, но эта история всем известна. Хотя, Николай Анисимович очень много сделал для органов внутренних дел. В сущности — восстановил милицию после ударов, нанесенных Хрущовым. Воссоздал школы милиции для подготовки среднего начсостава, создал высшие школы. Даже фильмы, которые до сих пор все смотрят с огромным интересом, снимались по его заказу. Те же «Рожденные революцией», «Следствие ведут знатоки».