— Если нас с очереди снимут, то я, товарищ участковый сама к тебе жить перееду и детей привезу, — пообещала женщина.

Она что, считает, что у меня отдельная квартира? Впрочем, сколько раз я уже слышал нечто подобное. И покойников обещали привезти, и хулиганистых ребятишек (а это вообще не моя епархия, а инспекторов детской комнаты — тогда ещё именно так назывались), а один ревнивый супруг, обиженный тем, что советская милиция предлагает ему оформить развод, а не собирается проводить беседу с его гулящей женой, призывать женщину к порядку, собирался притащить ко мне на дом и свою жену, и ее любовника.

Вот тут главное не спорить.

— Хорошо, — кивнул я. — Приезжайте, перевозите, авось на моих двенадцати метрах вы все разместитесь. Туалет, правда, и все прочее в конце коридора, но ничего, по очереди станете ходить. — Посмотрев в печальные, но еще сухие глаза женщины, посоветовал. — Когда супруга на товарищеский суд позовут, вы тоже являйтесь. Скажите — дескать, я сама во всем виновата, это я напилась, мужа била, а когда соседи пришли, то стыдно стало, поэтому пошла к участковому.

— Да кто же поверит-то, что баба мужика бьет? — всплеснула руками женщина. — А если и поверят, так моему Андрею позор до старости лет. Где это видано, чтобы мужик позволял бабе себя бить?

Так уж и на старости, подумал я. И здесь кокетничает. Небось, муж-то не в два раза старше, а ровесник.

— Ну, тут уж вы сами решайте, что лучше — квартира, или позор? — хмыкнул я. — Андрей на суде пусть скажет, мол, а что было делать, если жена, в кои-то веки пьяной напилась? Мол — не драться же с пьяной бабой? Решил, что пусть лучше я виноват останусь, чем жена. Так после такого признания не позор, а уважение супруг заработает.

Женщина слегка задумалась. Пока она думала, я умудрился вспомнить и ее, и ее мужа. Мужа Андрей зовут, фамилия Соколов. Работает, как и большинство, на ЧМЗ. Супруга — Ирина. Но где она трудится — не вспомнил. Двое ребятишек у них. Правда, про наш разговор я не помнил напрочь, равно как и про то, что она меня караулила и стыдила. А если после этого случая нас жизнь не сводила, то прожила она с мужем нормальную жизнь.

— А если товарищеский суд на меня потом бумагу отправит? — нерешительно поинтересовалась Ирина Соколова.

— А вы-то, прошу прощения, где работаете?

— Я на «Красном ткаче».

— Так пусть на ваш товарищеский суд отправят, что тут такого? — пожал я плечами. — Посмеются, да и все. У вас, вроде бы, квартиры не дают?

— Точно, — кивнула женщина. А в глазах её по-прежнему плескалось недоверие: уж не прикалывается ли над ней участковый, предлагая такое?