Тут же острые, как иглы, челюсти паука впиваются мне ниже колена. Нога вспыхивает огнём. Яд. Это тварь ядовита!

Вы отравлены!

Полоска жизни становится противно-зелёный. Рывками она начинает сокращаться, слава богу, совсем по чуть-чуть. Отскакиваю назад и снова поднимаю меч для удара. Гадство! Это все равно что пришибить комара железным ломом. Слышу, как рядом рычит Симба, похоже, дела у него тоже не ладятся.

3:33… 3.21…

Это совсем не похоже на киберспорт. Там все твои умения были при тебе. А здесь мы как беспомощные калеки. Надо поднимать силу, ловкость. Надо расти, развиваться, чтобы хоть что-то значит в этом мире. Впервые обыкновенное задротство кажется мне таким заманчивым. Горе нубасам — они будут съедены!

Пячусь задом, а потом разорвав дистанцию, отбегаю в сторону. Как я и предполагал, паук не стал отползать далеко от гнезда. Видя, что я отошёл достаточно далеко, он для порядка погрозил мне поднятыми передними лапами, развернулся и пополз обратно.

Вижу, как один из тестеров в бешенстве кидается в самую гущу тварей, размахивая мечом, как оглоблей. Пауки карабкаются по нему, облепляют со всех сторон, валят с ног. Шевелящаяся масса накрывает тело игрока полностью. Он ещё дёргается, пока его заворачиваешь в паутину.

— Спасите его кто-нибудь!!! — Уже в полный голос ревёт синеглазая милаха, тыча пальцем в шевелящийся кокон.

Вот поэтому в войну паникёров расстреливали. Страх слишком заразен.

А я-то какого хрена вибрирую?! Тоже мне разнюнился чемпион киберспортсмен. Делаю два глубоких вдоха и успокаиваюсь. У любого противника есть сильные и слабые стороны. Если не находишь слабых, надо нейтрализовать сильные. Пауки слишком ловкие, чтобы мы по ним могли попасть, вот и решение.

Симба перешёл в глухую оборону. Выстави вперёд меч. Он с трудом отбивается от своего противника. А тот азартно бегает вокруг и пытается укусить за ноги, словно приземистая восьминогая, дворняжка.

Подбегаю к другу и, как футбольный вратарь, в прыжке накрываю собой рыжую тушку.

— Ты что творишь?!

— Бей! — кричу я.

Перекатываюсь на спину, подставляя Симбе неожиданно светлое паучиное брюшко. Даже на глаз панцирь тут мягче. Паук отчаянно. вырывается. Бьёт меня кривыми хелицерами в руку. Запястье немеет, боль поднимается вверх, к локтю. Ещё немного и не удержу.

— А-а-а-а-а! — Симба, рубит с размаху мне по руке. Полоска жизни сразу проседает наполовину.

— Бля, аккуратнее, долбоёб!

— Сука! Пускай в жопу себе этот меч воткнут, и провернут там! — непонятно, на кого ругается, кореш.

Он отбрасывает оружие в сторону и лупит паука кулаками.