* * *

— Что за бред с этой доской? — не мог успокоиться Котов. — Идиотизм полный. И вы её еще поддерживаете.

— Не обижайся, Дим, но всякие тонкие материи — не твой конек, — перебил его Мастер. — тебе бы только деньги инвестировать. Ирина Владимировна, объясните ему?

— У Андрея в Игре была ситуация, когда он с помощью доски убил двух других игроков, и спас девушку, — Скуратова принялась терпеливо рассказывать. — Доска в этом случае: триггер, спусковой крючок, который возвращает его в ситуацию успеха. Получилось там, получится и здесь. У мальчика хороший потенциал, но его едва не загубили дурным воспитанием.

— То есть вы хотите, чтобы он перестал чувствовать разницу между реальностью и игрой? — переспросил Котов, — а нахрена?

— Потому что скоро не будет для него никакой реальности, Дима. — Мастер стал серьезен, — Игра станет реальнее любой обычной действительности. И те барьеры, которые держат его тут, будут мешать там! Он хороший мальчик! Он бабушек через улицу переводит, девочек от хулиганов спасает! А мне нужен отморозок! Нужен… как их там называют?!

— Нагибатор, — подсказал Веня.

— Словечко то какое… хорошее. — причмокнул Мастер, — который, значит, нагибает всех, да. Веня, расскажи, какой в игре самый легкий способ получить опыт?

— Убить другого игрока. — пояснил Звягин. — Но воспользовались им только 5 % участников теста. Из них только полпроцента сделали это два и более раз.

— А Аннушка скольких настругала? — с ласковой улыбкой уточнил Мастер.

— Семьдесят два, — помрачнел Звягин.

— Как вы её вообще сюда на тест пустили?! — возмутился Котов. — Мы же договаривались!

— А как ты её не пустишь? — развел руками Мастер. — У нее между прочим акций "МосТеха" столько же, сколько у Вени. Она могла бы сейчас тут с нами сидеть.

— Кстати, и почему не сидит? — удивился Котов, — она же в здании. Как тебе, чертов пройдоха удалось от нее улизнуть?

— Потому что она сидит в другом месте, — Мастер расплылся в улыбке.

* * *

— Это ты панцирь спер?

Я вздрогнул. Только что девушка смотрела на меня как на пустое место. Даже нет, на пустое место смотрят равнодушно, а на меня она смотрел брезгливо, как на насекомое. Что-то вроде таракана. И вдруг она со мной заговорила. Аллилуйя!

— Какой панцирь? — ничего умнее я не придумал.

— Ты же Таргитай, да? Верни панцирь! Я посчитала, до тебя в комнате было восемь кусков, а после тебя — семь. Ты взял, больше некому! Отдай!

— Или что? — мне стало смешно.

В игре она была чудовищем, монстром, воплощением смерти. А тут — обычная девчонка, ну может чуть постарше меня. А может, вообще ровесница. Сидит и пьет ежевичный раф из картонного стаканчика. Я даже не знаю, что это такое. Пахнет как кофе. Вкусно пахнет.