Когда долго проводишь время рядом, успеваешь надоесть друг другу. Так вышло и с нашей четвёркой. Мы соскучились по всем остальным, а от друг друга устали. Неудивительно, что в этот день тренировался я в уединении, если не считать Гэцу. От него отделаться было куда сложнее.

Но важно не это, а совсем другое.

Ко мне заявился Адам.

Ничто не предвещало беды, как говорится.

Он просто возник рядом, у меня за спиной. Я тренировал в том числе и боевую медитацию, но всё равно ничего не ощутил. Заметил случайно, когда развернулся. Остановился, замер. Хмыкнул.

— Надо же, стою, никого не трогаю, а тут аж целый король, — не удержался я от иронии. — Какими судьбами, ваше величество?

— Да уж не на тебя посмотреть. — В иронию он то же умел, что и продемонстрировал.

— Тогда чего надо? — спросил я, судорожно прикидывая, что вообще происходит, как себя вести и к чему готовиться.

— У меня сложилось впечатление… — медленно проговорил Адам, внимательно меня разглядывая, — что у тебя есть претензии ко мне. Поэтому я пришёл уладить разногласия и заключить перемирие.

— Какая честь, — ответил я, также медленно проговаривая слова. — Целый король приходит к какому-то мелкому герцогу.

— Не надо этого, — улыбнулся Адам. — Все эти титулы мало что значат. Я пришёл к тебе по той причине, что ты силен.

Лесть? Как примитивно.

— Неужели ваше величество чего-то опасается?

Занимался я с мечом, с обычным, пиратским клинком. Им и провёл по Адаму. Лезвие спокойно прошло насквозь. Иллюзия не разрушилась, место разреза пошло дымкой, но тут же собралось воедино.

— Опасаюсь? — вскинул бровь Адам. — Разумеется. Ты достаточно побродил по мирам, наверняка много всего видел и должен понимать, что убить можно любого. Ты силен. Твоя команда сильна. Этого уже достаточно, чтобы пролилось много крови с обеих сторон. Этого я и хочу избежать.

«Как мягко стелет», — прошептал Гэцу внутри меня.

Не то слово. Продолжает льстить.

Или нет? Что я знал об Адаме? Сам не видел, как он дерётся. Гэцу тоже не факт, что объективен. Да, Адам обладает множеством самых разных способностей, но это не говорит о том, что он силен. Достиг ли он своих пределов? Смог ли превзойти их?

— Похвальное стремление, — ответил я, подумав. — Которое странно звучит из уст человека, который пригласил ситкаров к нам в гости, подставив сотни человек.

Адам рассмеялся.

— Серьёзно? Ты будешь мне припоминать это? Неужели ты никогда никого не убивал? Не действовал в угоду своим амбициям? Из-за тебя не страдали невинные люди? Ты никого не казнил? Уж что-что, а отличить человека, у которого руки по локоть в крови, я могу.