— Не стрелять! — успела крикнуть Марина до того, как он открыл огонь. В углу комнаты сидело двое. Девушка, лет двадцати, и маленькая зареванная девочка. — Что вы здесь делаете? Отвечайте!

— Мы за продуктами, понимаете, пайки опять сократили вот мы и пошли искать с остальной группой, — бормотала синеющими губами девушка, обнимая ребенка.

— Где основная группа?

— В соседнем доме, была, если еще живы. Их там зажали.

— Марин, девочка, она почти замерзла, ей в тепло надо, срочно. — сказал Макс. Интерфейс услужливо показывал температуру тела.

— Где я ей сейчас тепло возьму? — буркнула старшая, не со злобой, а скорее с беспомощностью. — пока не очистим этот участок дальше не двинемся. И в машины ее никто не пустит.

— Вот как? — переспросил он, подойдя к окну и несколько раз выглядывая на улицу быстро убирая голову и каждый раз заглядывая чуть дальше, — то есть всего и надо сто перебить оставшихся?

— Максим, ты чего удумал⁈ Там тоже люди! Их не убивать, а заставить сдаться нужно!

— Люди? Эти? — с сомнением спросил парень, показывая пальцем за окно. Затем не дожидаясь ответа сжал рукоять двумя руками.

«Ерм, отметь все вражеские мишени и траекторию стрельбы.»

«Сделано, будет потрачено шестнадцать патронов. Приступайте» — отрапортовал змей.

Вдохнув Максим быстрым подшагом появился в оконном проеме. В самом углу. Выстрел, перевести сосредоточится, выстрел. Один за другим. Не торопясь. Не мешкая. Выстрел! Не каждый раз он попал в цель. Но за один заход он смог снять четверых. Осталось еще двенадцать.

«В сторону!» — крикнули Ерм и Дикая одновременно. Он успел отодвинутся за мгновение до того, как автоматная очередь ударила в угол окна и пройдя мимо начала сшибать краску с потолка комнаты. Спустя несколько секунд пальба прервалась сдавленным криком. Но в целом не прекратилась.

— Может поднимемся еще выше? — спросил Максим у, перетаскивающей в центр комнаты стол, старшей. — Чего мы здесь сидим?

— Ты, Максик, стой где стоял. — Марина поставила на стол табуретку, залезла с ногами на столешницу и поставила сверху автомат. Перещелкнула в режим стрельбы одиночкой предохранитель. — Отлично, поехали. — Не видя куда она палит можно было подумать, что девушка стреляет просто в молоко. Но с той стороны исправно слышались вскрики.

— Стойте! Прекратить огонь! — раздался через несколько секунд командирский голос Светловой. — Всем прекратить огонь! — третьего приказа не понадобилось. Все стихло.

— Они сдаются! — хрипло прокричал незнакомый мужской голос. — Они все сдаются, как подданные великой японской империи и согласны стать военнопленными согласно конвенции ООН.