— Что такое «проявитель»? — спрашиваю. — Я уже слышал такое название.

— Тебя только это интересует? — удивляется имперец. — Это артефакт, проявляет аурные следы. Так в комнате этих следов навалом, и то, что ты его выкинул — это подтверждается однозначно. А вот остальное… Знаешь, нашли в комнате и малый жезл молний, на нем твоей ауры нет, конечно, но и Ревязева — только мельком. А он говорит, что жезл твой.

— Согруппники когда очнуться — скажут как было, — спокойно говорю. — На что он рассчитывает?

— Не скажут. У них с законниками сотрудничать западло. А Ревязев из их среды, наверняка опознались. Так что на это не рассчитывай, — флегматично раскладывает варианты. — Так что за нападавшие? Почему во множественном числе?

— С тем парнем, из-под окна, были еще двое. Я их немного придушил, а Первак связал, — пожимаю плечами.

— И ты их, конечно, можешь опознать? — Кленов заинтересовано смотрит.

— Конечно… нет. Там же темно было. Глаз выколи. Точно не смогу.

— Жаль, — интерес угасает.

— Вы знаете, а у меня все-таки небольшая информация на подумать, для вас есть. Даже две, — чуть поднимаюсь на кровати.

Кленов вновь заинтересованно смотрит.

— Вы можете найти списки погибших? — имперец кивает, — Вот. Сравните их с показателями успеваемости. Если я прав, то большая часть будет в десятке, или двадцатке лучших. Не на первых ролях конечно же, но все же.

— Ты что-то знаешь? — подается в мою сторону.

— Нет. Давайте вы сначала сравните, а потом я скажу. Ну правда, а если все совершенно не так, и я ошибаюсь? — удивляюсь. — И второе. Ревязев, когда болтал с Германом и Леонтием, обмолвился, что мол, до имперского контракта еще нужно дожить. И уверенно так говорил. Имейте это ввиду.

Кленов кивает.

— У меня вопрос. Даже два, можно? — спрашиваю у посмурневшаго имперца.

— Валяй, — машет рукой.

— Почему расследование вам поручили? Вы же от министерства образования? — намекаю. Аккуратненько так.

— А нет никакого расследования официально. Зимородов хода не даст. — Пожимает плечами Кленов. — Это мне нужно. Ну и в случае чего, что бы тебя чуток подстраховать. Но тоже — на многое не рассчитывай. Разве что, я могу свои соображения высказать, и в твоё дело добавить замечания. Но даже это не будет поддержано никем.

— Так. Мне чего ожидать?

— А тоже ничего, если глупить не будешь. Ректор сам себе на уме. — Кленов поднимается. — Он знает зачем приходил Ревязев, и от кого. Только ему оно надо? Кто эти пареньки? Даже не первокурсники еще. А Ревязев — уже год отучился. Нет. Да и тебе ничего не будет, тем более после такой реакции на карцер. Даже в дело могут ничего не записать. Так что если придут и будут пугать — взвешивай. Им суета не нужна. — смеется. — Но вот врага ты приобрел. Ревязев под окном со сломанными костями полночи пролежал. Амулет его лечил, конечно, но кости же не вправлял. Вот он в полном сознании и провалялся, пока ночного дежурного не опросили. Амулет тишины деактивировать он не мог сломанными руками. А ночной дежурный тоже дурак-дураком, ничего не сказал. Но довольный ходил. Как же — взял нарушителя.