— Чего получается? — удивился Андрюшка.

— Ты что — в шахматы никогда не играл? — в свою очередь удивился Митрич.

— Нет — честно признался наш барин. — Я только знаю эта… Что конь типа буквой «Г» ходит. Меня отец один раз пытался научить, но я только про коня и запомнил. Он рукой махнул, сказал что я балбес и ушел.

— Балбес и есть — согласился Митрич. — Цугцванг, юноша, это такая позиция на доске, когда какой ход не сделай — только хуже будет. Так и нам — сидеть здесь смысла нет, а пройти не можем. А потом или перенервничаем и ошибок наделаем, или просто затупим от усталости. И все, слив.

— Слышь, военный, ты вот много умных слов знаешь — вступила в разговор Семеновна — А такие слова как «нейроны», «аксоны» и «дендриты»[97] — еще помнишь?

— Ты это к чему? — мгновенно вскинулся капитан.

— Сам знаешь — отрезала экс-старуха. — Чай не дурак, хоть и косить под него любишь. Все ты понимаешь, гонору только в тебе много.

Митрич озадаченно помолчал, потом не выдержал:

— Ты на что это намекаешь, карга старая?

— А на то! Быстродействие нейронов в коре головного мозга от чего зависит, пенек армейский?

До Митрича, судя по всему дошло — он сначала налился гневом, а потом вдруг просиял, вскочил и, подхватив Семеновну, звонко чмокнул ее в щечку.

— Ты гений, Нинка! — крикнул он. — Действительно, это может сработать, клизма ты медицинская! Так ты что — решила, что я все понимал, но из гонора меняться не хотел?

— А кто вас, мужиков, знает, — отмахнулась пристыженная врачиха. — Вы ж все лучшие в мире охотники на мамонтов, к вам на простой козе не подъедешь.

— Ну и дура! — Митрич по-прежнему сиял. — Запомни раз и навсегда: для меня главное — дело. Было, есть и будет. Дело надо сделать, а уж кому потом звезды на погоны падать начнут — это вопрос десятый. А про это… Как на духу — не подумал. Сама знаешь про здешний морок с молодостью. Забываем мы здесь — кто мы есть, молодыми себя ощущать начинаем. И мы с Митей, и вы со Светкой. За что, боюсь, однажды дорого заплатим.

Андрюшка, как в школе, поднял руку.

— Вы про что? — только и смог выдавить из себя он.

— А про то, мой юный друг, — елейным голосом ответил Митрич, — что сейчас мы пойдем внутрь, валить этих двух гадов. Вот только командовать буду не я, а ты. Права Нинка — мы проигрываем из-за того, что я торможу. Тебе 19, мне 82, а бой этот — чисто на быстроту реакции. А внутри этого шикарного виртуального тела затаился все тот же древний старикашка, который в некоторых вопросах по любому уступает более юным особям. Мозги, короче, у меня уже старенькие и работают медленнее твоих. Хотя и мощнее! — не удержавшись, добавил он.