— Премию… — явно остывая, пробурчал Эрик. — Нужна ему та премия, можно подумать.

Тут ему пришла в голову мысль, и он вскинулся:

— Слушай, а я там видел — у ворот этот волонтер хренов слонялся, ну, который рукожо… — он покосился на девчонок, — Рукожорик. Давай его с ними отправим, других вариантов нет.

— Ты, похоже, давно трудовую книжку на руки не получал, соскучился по родимой, — забраковал вариант грубый Индиго. — Забыл, что у нас четкое распоряжение: Рукожопа к контингенту не допускать, из поселка не выпускать, пусть здесь хоть говно пинает, лишь бы под приглядом был. Тебе еще один скандал нужен? Забыл, как мы здесь все у этой стеночки коленками маракасы изображали? Я Шефа таким вообще никогда не видел, директор наш данжевый — и тот, по-моему, чуть в штаны не напрудил, хотя ему, казалось бы, чего пугаться. Из какой только дырки этот рукожоп того медведя выковырял! Ну его нафиг, пусть здесь свои три дня оставшихся досиживает. Я лучше сам группу отведу.

— Ага, а поселок на Рукожопа оставим. Зашибись придумал, стратег, одно слово! Мудёр ты, одно слово — мудёр. Погоди ка…

Эрик повернулся к нам:

— Профессии у вас какие?

— Он охотник, а я рыбак.

— Травница — царственно изрекла с-с-с… Света.

— Свежевание — удивила меня Семеновна.

— Чего? — затупил десятник.

— Шкуры снимаю. Туши разделываю. Любые твои желания, милый — осмолить, обскоблить, оскопить. Дорого, — мило улыбнувшись, выдула губами сердечко наша этническая валькирия. Смотри ты, даже и не думал, что она так может.

— А неплохой расклад для группы, — вдруг влез в разговор лавочник — особенно если потом добывающие профы производящими доиграть. Практически «каждый-каждому», я, блин, разорюсь за «обработку» им башлять, она дорогая. Это сырье, что наши нубы[24] тащат, копейки стоит. Я вообще, как только ники их увидел, сразу понял: это или просочившийся через медкомиссию маразм, или панки на пенсии — а они, сцуко, самые опасные. Что, деды, ноу-ноу-фьюче[25]? Курт[26] жив, рок-н-ролл мертв, панк нон дед??? Интересно, вы сами додумались эти профы выбрать, или подсказал кто?

Я уже ожидал тарабарское «школотанское посылание», но немка грубить не стала.

— Переход от сырьевой экономики к экономике обрабатывающей — первейшая наша задача, как говорил Ильич! — хихикнула она.

— Какой Ильич? — оторопел недоуменно слушавший весь этот безумный диспут Эрик.

— Второй. Статный бровеносец моего пионерского детства[27]. Экономная экономика[28], колготки с пузырями на коленках, сиськи-матиськи, сосиськи сраны[29], все дела. У тебя сейчас глаза выпадут, мужчина, я вас боюсь[30]. Все, все, не наливайся помидоркой, уже никто никуда не идет[31]! Как на духу признаюсь: мы «альтовца» в оборот взяли, когда наши мужички песочком коридор посыпать ушли. Пока лучший расклад с него не выжали — не слезли. Это вам, мужикам, благодать — мамонта на паркет у двери свалил и прыг на диван — пиво сосать, а нам хозяйство вести.