— Это проездной тебе от нас, чтобы ты мог по нашей территории передвигаться без проблем, — пояснил он. — Береги себя! Красных опасайся! С барыгами тоже осторожно, они здесь, кроме Соломоныча, все под красными, хоть и отрицают суки.

Было видно, что Генрих коснулся неприятной для него темы, но, увы, я совершенно не понимал, о чём идёт речь. Поэтому просто лишь постарался дословно запомнить всю полученную информацию.

— Благодарю! — ещё раз сказал я.

— И на работу не выходи! — после этих слов хозяин дома похлопал меня по плечу и вернулся на своё место.

А я понял, что разговор окончен, и больше мне никто ничего не расскажет, хотя вопросов у меня появилось просто неприличное количество. Да и не разговор это был вовсе, а какие-то смотрины. Но зачем им было на меня смотреть? Так уж им интересно глянуть на человека, который на дуэли победил Карпова и забрал у него два уровня? Вряд ли. Из-за артефакта? Тоже сомнительно, особо, кроме Вазгена, им никто не заинтересовался. Но тогда что им было нужно? Поняв, что в тот момент ответ на этот вопрос получить невозможно, я, попрощавшись со всеми, покинул дом Генриха. Пацан, что приходил за мной, вызвался проводить меня до гостиницы.

— Да ты не парься, я сам дойду, — сказал я ему, едва мы вышли за ворота особняка.

Не то чтобы мне так уж было жалко его времени, просто хотелось побыть одному. Пацан усмехнулся.

— Давай хотя бы с нашего района выведу, а то мало ли что. А мне потом отвечать.

— Да, надеюсь, всё нормально будет. Мне вот что дали, — я показал пацану «проездной» и тут же поймал в его взгляде искреннее, неожиданным образом проявившееся уважение, видимо, такие кругляши давали далеко не всем.

— Ну, может, хоть немного провожу? — уже совершенно другим тоном, больше просящим, спросил пацан.

Видимо, ему просто надо было показать своим, что он усердно выполняет поручения. Я согласно кивнул, и мы пошли по району в южном направлении.

— Тебя как зовут-то? — спросил я пацана, решив, что раз уж идём вместе, то надо получить с этого дела хоть какую-то пользу.

— Рейнджер! — гордо ответил тот, похоже, очень гордился своим прозвищем.

Правда, было непонятно, ник это или кличка, или ник, трансформировавшийся в кличку. Впрочем, мне на это было совершенно наплевать.

— Скажи, Рейнджер, — начал я сразу и в лоб, стараясь по возможности приукрасить свою речь понятными ему словами. — С твоей братвой я познакомился, вроде приняли. С кем у вас тут ещё можно ровно общаться? А куда лучше не ходить?

— Ну с красными тебе по-любому не по масти якшаться, — с видом эксперта ответил пацан. — Тем более ты у нас уже был, и, судя по всему, тебя приняли от души. Да и я слышал, ты там, на воле, какого-то шакала опустил чётко. Не, к красным не надо. А барыги закрытые. Они чужих к себе вообще не подпускают. А зачем тебе это надо? Будь с нами. Тем более, раз приняли.