— Я понял. Сейчас простроим путь. — Лис убегает посмотреть на патрули.

Пару минут прихожу в себя. Появляется Лис.

— Вообще не вопрос, мы проходим легко. Видимо пока охраны мало.

Следую за Спутником. Пройти действительно удается легко. Решаю не зажигать свет в павильоне. Вроде как спать лег прям на месте. Снимаю одежку и собираю узел. Запускаю сильный холод на узелок, после чего мелко дроблю льдинки. Получается горка ветхих замерзших ниток. Норм. Собираю это все в мешочек, получается подушка. Отлично. Как раз мне нужна. Хоть пока и не воспользоваться. Слишком холодная. Бросаю мешок к установке, ложусь на пол и успеваю даже заснуть.

Просыпаюсь от резко загоревшегося света во всем павильоне.

— Я Вам говорил, что это мой лаборант, — разоряется профессор. — он настраивал установку!

— Разберемся, — тянет спокойный такой мужик в возрасте.

— Кто таков? — спрашивает.

— Кирилл Олегович Бекетов, однодворец, одаренный, стихия холод, лаборант профессора. — Отвечаю. И оглушительно зеваю. — Извините.

— Почему здесь ночуешь?

— Профессор ушел с пятью мужиками, а про гостиницу мне сказать забыл. — пожимаю плечами. — и что мне делать? Вот вернулся, жду. — Опять зеваю.

Спокойный кивает. Потом делает знак, и сюда ведут заспанного дядьку. Похоже извозчик.

— Этот похож? — спрашивает извозчика. — Встаньте Кирилл, пожалуйста.

— Не, Ваше Благородие, тот пониже вроде, и сильно покрепче. — говорит. — А этот заморыш. И ждали того, вот как есть говорю. А этот не местный. У меня глаз наметанный.

— Хорошо, идите. — Машет рукой, морщится. — И профессор, разместите уже своего лаборанта. Здесь нельзя находиться ночью.

Все собираются и уходят.

— И Анатолий Филафеевич, — оборачивается Спокойный. — Ближайшие пару дней, не уезжайте никуда, хорошо?

— Да куда я уеду. Выставка три дня еще, — ворчит профессор. — Пойдемте, Кирилл. Здесь недалеко.

Пока идем, профессор оглядывается. Вроде никого нет, но он перестраховывается. Выходим на дорогу.

— Меня заказали Руке, — рассказывает. — Я думал, что уже все перегорело, но нет. Долг надуманный, я в свое время действительно одолжил десяток накопителей и серебра в лавке. Обычно Граф сразу расплачивался, и на этот момент я не обращал внимания. А тут случилась та трагедия, и я потерялся. Про лавку вообще забыл, а потом Государь меня в Тобольске спрятал. А сюда я заранее заявку подавал. Наверное кто-то и узнал, что скоро тут буду. Петр успел рассказать, что мне выйти, по идее, не дали бы. Вот сразу после руки, отрубили бы что-то еще.

— Вы удивительно справились и без меня. — тихо говорю. — я уже к шапочному разбору пришел.